Книга Миссия попаданки: выжить в роли злодейки!, страница 7 – Ли Лит, Лека Стар

— Не меньше месяца, — лекарь отошёл от кровати.

— Месяц?! Да я ноги протяну на кашах, или, точнее, косточки, обтянутые кожей, что от них останутся. Не умерла от отравления, умру от голода.

Цияо стойко держалась, но к вечеру второго дня накинула на плечи найденный в шкафу плащ, натянула на голову капюшон, выловила во дворе слоняющегося от одной клумбы к другой слугу и потребовала:

— Имя.

— Чьё? Моё? — тот самый парень, свалившийся обморок и первый же сбежавший из покоев благородной супруги, смотрел на неё со страхом.

— Отца твоего, — цокнула Цияо.

— Моего отца зовут Цянь…

— Твоё имя, твоё.

— Цянь Янь, — страх дрожью бил по языку.

— Замечательно, — Цияо дружески хлопнула Яня по плечу, а у того подогнулись колени. — Веди на кухню.

Большими и круглыми, как озеро, глазами Цянь Янь снизу смотрел на неё. Выглядела так, словно он забыл в какой стороне кухню, что это и как выглядело.

«Я и забыла, что Ху Цияо наказывала стоящих ниже неё за любую оплошность, лишь чтобы на неё не смотрели свысока и не смели словами унижать».

— Отведёшь или мне просить другого? — Цияо отошла от Яня. Часто заморгав, тот как болванчик закивал и, не разгибаясь, зашагал на выход из дворца благородной супруги.

Отсутствие приличной еды оказалось не самым страшным. Расстояние от покоев до кухни, как идти пешком от одного конца города до другого — слишком далеко и изнурительно.

— Кто вообще строил это место? — еле шевеля губами, ворчала запыхавшаяся Цияо. — За кой кому-то понадобилось разделять меня и кухню? Точно изверг. Истинный злодей, завидующий чистым и взаимным чувствам.

Янь отдёргивал себя от оглядывания. Для него в приоритете проводить и сбежать.

Заветные слова прозвучали через триллион лет, по ощущениям Цияо.

— Пришли. Осталось немного.

Всего одно слово, но восполняющее силы и заряжающее на подвиги.

Как к себе домой, Цияо вошла в священное место — кухню.

— Меняю роскошные покои дворца на кухню, — с приглушённым писком неразборчиво проговорила она, смотря горящим взглядом на столы, печи, шкафчики со стеллажами набитые утварью.

Проходящий мимо круглый паренёк-поварёнок со стопкой тяжёлых сковородок заметил поздних гостей. Цияо скинула капюшон, а поварёнок засмотрелся на неё и запнулся. Мало того, что растянулся на полу, так ещё страшный продолжительный шум поднял.

— Вот ж безрукий толстяк! — из глубин раздался хриплый мужской голос. — Когда ж научишься в кривых ручонках посуду крепко держать? Не напасусь ж я на тебя её!

Красный, хлеще спелого томата, поварёнок неуклюже зашевелился на полу. Низко опускал голову, подтянувшись на корточки, и также засобирал разбросанную посуду.

— Чё ты ползаешь, быстрее, быстрее! — топая, как рота здоровенных качков, из глубин выплыл широченный мужик с шаром вместо живота. Одежда на нём облегала каждую складку. — Растяпа толстый!

— Да он ивовая ветка на фоне него, — прошептала Цияо, повернув голову к Яню, который молчаливо стоял позади, не смея уйти.

— Повар Фэй, — Цянь Янь стрельнул взглядом на стоящую рядом.

Большой, как дом, повар Фэй глянул на Цияо, как на букашку.

— И кому на этот раз на ночь есть приспичило? — хмыкнул он. — Какой наложнице? Скажите, чтобы я знал, о ком молчать.

— Мне, — Цияо подняла руку, как отличница пятиклашка.

Повар Фэй оглядывал её, почёсывая шею.