Книга Тьма у трона, страница 107 – Элиот Лилит

Алексей не понимал, как у Александра так ловко выходило объяснить то, что никто из них полностью не понимал. Но приглушенный ропот офицеров больше не напоминал растревоженный улей. Если в неполных ответах Александра и были несостыковки, в глаза они не бросались. Даже Толь, все на свете встречавший скептической усмешкой, стоял молчаливый и задумчивый, постукивая пальцем по правильно очерченному подбородку.

Убедившись, что чаша сомнений исчерпана, Александр заключил:

— Если это все, я прошу вас вернуться к исполнению обязанностей. В городе неспокойно, и нам как никогда необходима опора, которую мы можем найти только в вас.

Смущенное бормотание, заполнившее комнату, поспешило уверить цесаревича, что, конечно же, он может на них рассчитывать.

Толь покачал головой и покосился на Алексея. Его прищуренные глаза будто спрашивали: и что мешало сделать это сразу?

«То, что, если дать слабину однажды, все эти офицеришки возомнят, будто имеют право требовать у императора отчета по каждому чиху», – подумал Алексей угрюмо. Но промолчал – возвратился Александр. Кивнув Толю, он махнул Алексею рукой и зашагал дальше по коридору. Тот поспешил следом.

Только теперь он сообразил, что Александр не просто так решил прогуляться возле его штаба – наверное, ему что-то нужно. Но мельтешащие в голове слова никак не желали собираться во внятный вопрос. Алексея все еще душил необъяснимый стыд.

«Я не сделал ничего плохого!» – мысленно огрызнулся он, сам не зная на кого. Но никак не мог отделаться от вспыхнувшего в памяти воспоминания о далекой уже ночи, когда Александр, загородив собой привязанного к столбу осужденного, одним резким словом завоевал любовь собравшейся на площади толпы.

Нечего об этом думать. Алексею о таком глупо и мечтать. Чтобы быть Александром, нужно родиться Александром.

— Да что с тобой? – тот, наконец, заметил его состояние. – На тебе лица нет. На дуэль вы друг друга, я надеюсь, вызвать не успели?

— Что? Нет. Я просто… – Алексей провел ладонью по лицу. – Иногда мне кажется, лучше бы я работал только с бумагами, а не с людьми.

Александр больше ничего не спросил, но по глазам было видно – понял. Легонько толкнул Алексея в плечо.

— Уж поверь, они бы и вполовину так хорошо меня не приняли, если бы ты сперва не запугал их криками о том, что всех сгноишь в Сибири. Каждый делает, что умеет.

Алексей ожидал услышать совсем не это, но грудь обожгла такая благодарность, что он почти позабыл, из-за чего вообще так себя накрутил.

Александр на его растерянность только рассмеялся. Загадочно блеснул глазами.

— Ну все, пойдем скорее. Кое-кто очень хочет тебя видеть.

В Летнем саду мягко шелестели деревья и влажно благоухали цветы. Туман рассеялся, и солнечные лучи раздвинули унылые облака. На хрустких дорожках тенистых аллей резвились воробьи, чирикая и топорща палевые грудки. Из-за густых зеленых крон сурово выступал силуэт недостроенного замка.

Заинтригованный, Алексей шагал за Александром. Кто, кроме императора, мог хотеть его видеть? На посылках у братьев цесаревич бы никак не оказался, а кроме самого Александра друзей у него не было…

Вскоре к птичьему щебету и жужжанию шмелей прибавились веселые голоса. В прогалине средь позолоченных солнцем кустов замелькали пышные платья и военные мундиры. Алексей сразу узнал нескольких фрейлин императрицы, кокетничающих с молодыми офицерами. В голове забрезжила неуверенная догадка.