Онлайн книга «Раб»
|
Детство: летний двор, пыль на коленках, ссадины и синяки — всё то, что являлось обычным атрибутом мальчишечьей жизни, и — яркая нота — первая секция. Рукопашка. Отец, решивший привить хоть какую-то дисциплину вечно витающему в облаках мне. Запах пота в душном зале, жёсткие маты, бесконечно отрабатываемые до полного автоматизма удары. Тяжело, сложно, больно, ссу-ука, но… Помню первый азарт, с которым я вгрызался в каждое новое движение, пытаясь повторить за тренером. Но азарт быстро сменялся скукой. Рутина выматывала. И через пару месяцев я уже забросил секцию, переключившись на другое: бокс, затем шахматы, моделирование, танцы… Всего понемногу, нигде всерьёз. Я — талантливый дилетант, вечный искатель, так и не нашедший себя. Вскоре болезненный сон неторопливо начал перетекать в реальность: пестрота видений пропала и сменилась какой-то мутной плёнкой, мешающей разглядеть хоть что-то. Зато я чувствовал жар палящего солнца и непривычные запахи. С трудом разлепил веки. Голова раскалывалась, во рту пересохло, словно я неделю провел в пустыне. В горле саднило, язык казался шершавым и распухшим. Попытался приподняться, но резкая боль пронзила висок, заставив снова рухнуть на землю. Перед глазами всё плыло, трава и небо сливались в одно размытое пятно. Полежал немного, собираясь с силами. С каждой секундой сознание становилось яснее, возвращая меня в мир. Впрочем, реальностью это место назвать было сложно: всё та же бескрайняя степь, всё то же палящее солнце, и всё те же чужие суровые лица, теперь склонившиеся надо мной. Они не собирались помогать. Они меня просто разглядывали и обсуждали на своем непонятном языке. Только теперь их было больше. Гораздо больше. Я лежал на спине, а они стояли вокруг, образуя плотное кольцо. Их лица, обветренные и грубые, выражали смесь настороженности и любопытства. Один из них, тот самый, с кривым ножом, присел на корточки рядом со мной и что-то пробурчал на своем непонятном языке. Я попытался ответить, но из горла вырвался лишь хрип. Тогда он протянул руку и грубо надавил мне на подбородок, заставляя открыть рот. Второй незнакомец плеснул в лицо воду из какого-то бурдюка. Вода была тёплой и затхлой, но даже такая казалась сейчас божественным нектаром. Я жадно глотал её, чувствуя, как этот процесс возвращает меня к жизни — в голове прояснилось. Наконец, я смог с трудом произнести несколько слов: — Где я?.. Что вам нужно?.. В ответ — тишина. Они молча смотрели на меня, словно изучая, как какое-то диковинное животное. Потом один из них что-то скомандовал. Двое подошли ко мне и резко вздёрнули на ноги. Голова кружилась, но я устоял, опираясь на их руки. Они потащили меня куда-то, поддерживая, чтобы я не свалился. Я машинально попытался вырваться — от них изрядно пованивало застарелым потом, дымом, прогорклым жиром, — но хватка у мужиков была крепкой, и я просто безвольно трепыхнулся. Ноги заплетались и не всегда доставали до земли, а они пёрли вперёд, как два бульдозера, словно и не ощущая мой вес — проволокли по выжженной солнцем степи, словно мешок с картошкой. Каждая кочка, каждая неровность отдавалась острой болью в висках и затылке. В глазах то и дело темнело, и я боялся снова потерять сознание. Слышал их неразборчивое бормотание, грубое и чуждое. Постепенно в голове прояснилось, и я начал соображать… |