Книга Оружейник, страница 74 – Александр Гулевич

— Видать, воздушный шар разбился где-то года полтора назад, а раз тело погибшего отсюда не забрали, значит, считают, что здесь места напрочь непроходимые. И это плюс.

— Погибший, кстати говоря, сержант береговых сил обороны республики Фурес. Похоронить его надо бы, не дело, чтобы погибшие воины вот так вот без погребения валялись, – задумчиво проговорил старпом, и отрезав ножом большой кусок материи пузыря, стал в неё заматывать останки погибшего сержанта. Перевязав кусками верёвки, срезанной с гондолы, Иван вместе со старпомом нашли подходящее место, уложили тело в нишу, и заложив её камнями, вернулись обратно. Перевернув гондолу, они сноровисто соорудили из неё укрытие, накрыв всю эту конструкцию полотном воздушного пузыря, и с удобством устроились на ночлег.

Рано утром вновь пошёл довольно сильный дождь, и им пришлось остаться в укрытии. От нечего делать Иван разобрал револьвер и надлежащим образом его смазал, по возможности затёр войлочным куском тряпицы выступившую ржавчину на оружии и убедившись, что оно вполне себе боеспособно, закинул его в рюкзак. После полудня дождь, наконец, прекратился, и они, подумав немного, отрезали от пузыря несколько квадратных метров непромокаемой ткани и направились дальше.

Идти становилось всё труднее и труднее, но тем не менее за пару дней они смогли практически вплотную подобраться к самой высокой вершине скальной гряды и неожиданно увидели ведущую к ней узкую тропинку. Спрятавшись за ближайшим гигантским валуном, они стали по очереди за ней наблюдать. Просидев более суток на одном месте и так никого не увидев на этой тропинке, всё же решились по ней подняться на пик. Соблюдая предельную осторожность, они спустились на тропу и стали по ней подниматься, и спустя полчаса оказались на довольно большой и ровной площадке, с которой открывался великолепный вид на океан.

Сняв рюкзаки, Иван со старпомом подобрались к самому краю и неожиданно для себя оказались прямо над военно-морской базой. Прикинув в уме, Иван сразу понял, что они находятся как раз в том самом месте, которое было изображено в пиратской тетради, и осторожно отполз обратно. Поднявшись на ноги, он обошёл площадку и, подойдя к скале, неожиданно для себя увидел барельеф на давно обветренном, сером от въевшейся пыли мраморе. Внимательно присмотревшись, он непроизвольно ойкнул – в барельефе всё ещё можно было узнать ворона с расправленными крыльями, с одной пустой глазницей…

Резко развернувшись, Иван вернулся к своему рюкзаку, достал из кармашка бронзовый ключ и увидел, как старпом усердно заносит в тетрадь схему военно-морской базы и систему её обороны. Ухмыльнувшись, он вернулся к барельефу и вставил ключ в пустую глазницу, стал его прокручивать, пока он не встал на место, после чего что-то негромко щёлкнуло несколько раз, и дверь практически беззвучно отошла в сторону.

— Это то, о чём я думаю? – совсем тихо спросила подошедшая Ольга, задумчиво рассматривая открытый проём двери, из которой, как ни странно, довольно сильно дуло.

— Похоже, это одна из двух дверей, заказанная более трёхсот лет назад неким негоциантом Иосифом Шлинцем, за которой пираты спрятали казну Великой Армады вместе с захваченными реликвиями, – так же тихо ответил Иван, не решаясь войти в эту дверь и всё там осмотреть. Он собирался с духом, но в этот момент старпом неожиданно встрепенулся, и подхватив рюкзаки с оружием, опрометью бросился в их сторону. Подбежав, он как сумасшедший, вращая зрачками, страшным шёпотом прорычал: