Книга Небесный всадник. Том 7, страница 36 – Кирико Кири

И здесь, на самом входе я решил устроить засаду за теми, кто за мной крался (логично, что, если не было спереди, то значит они позади). И что я увидел по итогу?

Деревенские.

Видимо решив, что оставаться не имеет смысла, они собрались все свои немногочисленные монатки и отправились за мной! Я наблюдал как колонна обездоленных медленно вышла из ущелья, остановилась, будто собираясь с мыслями, и двинулась дальше.

Не, это, конечно, может быть совпадением, просто решили идти той же дорогой в столицу своего региона, но как-то уж подозрительно выглядит: то не знают, что делать, то знают, что делать.

Дождавшись, пока они пройдут мимо моей маленькой импровизированной засады, я осторожно вышел на дорогу и пошёл следом за ними, осторожно нагоняя сзади. Нагнал последних, притормозил и пошёл рядом, ожидая, когда они заметят моё присутствие. Я же не настолько тихо хожу, чтобы не услышать!

Как выяснилось, настолько.

Вереница беженцев успела ещё полчаса протопать так, пока одна из женщин не уронила платок и не наклонилась, обернувшись. Подняла взгляд и взвизгнула, упав на пятую точку. В мгновение ока все обернулись ко мне. Все те, кто выжил и, насколько я вижу сейчас, никто не захотел оставаться там.

Я окинул взглядом всю группу.

— Я могу спросить, что это происходит, и куда вы все двигаетесь? — поинтересовался я.

Никогда не считал себя лидером и прямо-таки волевой сильной личностью, которая заставит одним своим видом замолчать, а голосом действовать без вопросов, однако сейчас нечто подобное я и наблюдал. Люди испугались, сжались, сбиваясь в одну кучу, словно зашуганные дети (а среди них были и дети), которых поймали с поличным, давая почувствовать, каково быть таковой личностью.

— Нам больше некуда идти.

Самым смелым среди них оказался старик-лекарь, который вышел вперёд. Или все посчитали, что старый отжил своё и его не жалко.

— Вы решили покинуть деревню?

— Нашего дома больше нет. То, что осталось, кладбище и пепелище, — произнёс он хрипло.

— Хорошо, и… вы двигаетесь в город к Сунь Суко или за мной?

Они переглянулись. Даже отвечать бы не пришлось, и тем не менее какая-то женщина за спиной негромко произнесла:

— Мы подумали, что сильный господин имеет сильных друзей, которые смогли бы замолвить слово за тех, кто помог ему в час нужды…

— За этот час нужды я так-то заплатил, — напомнил я.

Секунда, и все быстро начали шмонать себя по карманам. Я оглянуться не успел, как между мной и ими стоял сундук деда, плюс мой кошелёк, плюс ещё мешок, полный монет, который они собрали у себя по сусекам. А чтобы наверняка, какая-то старуха, одна из немногих оставшихся, взяла свою клюку и выбила себе передний золотой зуб, после чего положила его аккуратно сверху.

Фу, какая мерзость, теперь мне даже неудобно отказывать им…

— Мы тоже заплатим, — произнёс дед.

— Да, но… даже если бы я принял, этого было бы мало, — заметил я.

Они переглянулись. Несколько секунд переговоров между собой, они вытолкнули ко мне двух девушек (а одна из них внучка деда). Не, ну это как-то…

— Перебор, — покачал я головой. — Я не рабовладелец.

Кто-то скажет, что лицемер и ту девушку из пустыни ты украл, но там была месть, плата жизнь за жизнь, причём сам глава мне сказал, что я в праве, а здесь… ну типа есть разница между местью с наказанием и подобным.