Книга Малышка для большого босса. Любовь не продаётся, страница 102 – Виктория Вишневская

Меня чуть ли не разрывает изнутри. Я и не подозревала, что когда-нибудь вновь услышу эти слова. Но на этот раз такие искренние, тёплые. Что я сразу верю – и не желаю думать по-другому. Позволяю себе, наконец-то, расслабиться…

Перевариваю новость в голове. Снова и снова.

Немыслимо.

Объяснимо, возможно, но…

До конца не верю, что эта крохотная малышка, которая просится на ручки и подпрыгивает на месте, моя доченька…

— Хочешь, чтобы я поднял тебя? – не сдерживаю улыбку при виде милого чуда.

Варя активно кивает головой, и я, сорвавшись, подхватываю её, поднимаю в воздух. Тормошу и тут же слышу заливистый смех.

— Повезло тебе, что она ещё не позавтракала, – кидает колкость Веста, привлекая внимание. Она же ушла в душ?

Взгляд летит на соблазнительную девушку, одетую в…

Стоп. Где чёрный халатик, обнажающий длинные и стройные ножки?!

Почему на ней эти глупые джинсы? Хотя они всё же ей идут. Веста красивая в любом виде.

— Ты куда собралась? – щурюсь, с подозрением косясь то на малютку, то на её маму. Она как раз собирает недлинные волосы в хвост. Вспоминаю, как в них вчера зарывались мои пальцы. И хочу ещё.

— В магазин, – улыбается, делая несколько оборотов резинкой и оголяя тонкую вытянутую шейку. Так бы и прислонился к ней губами, оставив ещё один засос. По соседству со вчерашним. – Продукты кончились. Всё, что было – испортилось. И я выкинула.

— Так давай я схожу, – выпаливаю. Хотя жутко не хочу выпускать Варюшу из рук. Вот и сейчас крепко обнимаю её, будто боясь потерять. – Гипермаркет недалеко. Полчаса – и всё готово.

— Нет уж! – категорично вопит. – Ты сейчас пойдёшь и оставишь там целое состояние. Вас там обдирают до нитки! Думают, раз район богатый, можно цены ломить…

Залипаю.

— Ты так мило возмущаешься… – срывается с губ.

Веста хлопает ресницами, растерявшись.

— Мило! – повторяет за мной Варюша. Да так чётко, что я сам удивляюсь.

И девушка пытается скрыть смущение за злостью:

— Нет, вас, богачей, разводят, как лохов. Тут недалеко ларёк с овощами есть, так вот…

Она понимает, что я её не слушаю. Да, не могу и не хочу. Пусть негодует. Но мне очень нравится наблюдать за живой Вестой… А не той закрытой девушкой, сухой в переписках и серьёзной в работе.

— Я позвоню Мише. Он отвезёт.

— Я сама прогуляюсь. Надо размяться, – поворачивает шею, потягивая. – А вы пока справляйтесь тут…

И вдруг губы растекаются в улыбке.

— Папочка.

Разворачивается на пятках и вылетает из кухни, пока я пытаюсь утихомирить вырывающееся из груди сердце.

Опускаю взгляд на Вареньку, вижу её затылок. Она закидывает голову назад, смотрит на меня удивлённо, будто не понимая, что только что произошло.

— Ма в маазин?

— Ага. Что-то хочешь?

— Ам… – задумчиво прикладывает пальчик к щеке. И я таю от столь незначительного движения.

Не представляю, как Веста держит себя в руках с этой милашкой…

— Агуечик хотю.

— Огуречик? – уточняю.

— Тям, – и задорно головкой кивает.

Фух… Мне не нужно нанимать переводчика или брать уроки у Весты. И пока наша непутёвая мамочка пошла за покупками, я кое-чему хочу научить малышку. Но для начала…

Залезаю в холодильник, ищу огурец. Беру один, нарезаю и подкармливаю татарчонка.

Теперь я понял, почему я её так назвал… Сам татарин. И неосознанно кровь в ней свою почувствовал.