Книга Голоса в комнате эхо, страница 139 – Влада Ольховская

Да и потом, откуда он узнал? Таису это сразу заинтересовало, а однозначного ответа они так и не получили. Григорий вроде как не должен был присутствовать на разговоре, и Алина, с ее демонстративным феминизмом, вряд ли позвала бы его просто ради поддержки. Но он знал… Получается, он наблюдает за ней? Ради нее самой – или чтобы убедиться, что она не следит за ним? Такой вот замкнутый круг.

Еще и ребенок этот… Младенец явно родился после того, как пропала младшая дочь Григория. Матвей даже допустил на миг, что это она, но – нет, не она. И что получается? Скорбящий отец быстренько заделал нового ребенка с другой женщиной? В момент, когда к нему было приковано внимание полиции? Под это не подходила ни одна теория – ни чувство вины, ни триумф того, кто сам избавился от нежелательной наследницы… Зачем ему, если с Алиной у него осталась старшая дочь, и у нее все прекрасно? Еще утром он гулял с ней – и смотрел с такой же любовью.

Пока Матвей размышлял об этом, пара завершила прогулку и скрылась в подъезде. Профайлер ожидал, что Григорий сейчас вернется в машину и поедет домой, к официальной супруге, но – нет, ночевать он остался здесь. Значит, и Матвею предстояло задержаться. Это тоже не так сложно, как кажется со стороны. Понятно, что ночевать в машине неудобно, да и спать нельзя, в этом суть слежки. Однако ему доводилось работать и в куда худших условиях, не привыкать! Что же до бессонной ночи… Одну он вообще не замечал, две приносили легкий дискомфорт, три уже немного мешали, после четырех начинались проблемы. Тут главное, чтобы бдительные старушки его не заметили, со всем остальным справиться куда проще!

Такое ожидание могло и затянуться, но не в этот раз: подъезд Григорий покинул одним из первых, не было и шести утра. Он выглядел спокойным и собранным, как человек, у которого все под контролем. От двери он направился к своей машине, собираясь уехать, однако Матвея такой расклад не устраивал, слишком уж подходящим был момент.

Профайлер выбрался из собственного автомобиля и преградил Чижуку путь. Тот нахмурился, явно настороженный, но не испуганный. Значит, нервы в порядке, нет тайных страхов… Тоже интересное обстоятельство с учетом того, что он недавно дочь потерял.

— Вам что-то нужно? – требовательно поинтересовался Чижук. – Или просто свободных дорожек в пустом дворе маловато?

— Поговорить нужно.

— С чего это?

Вместо ответа Матвей показал ему две фотографии, сделанные за время слежки. На одной Григорий вел за руку свою старшую дочь, на другой – помогал женщине с коляской спуститься по лестнице. Это произвело на Григория должное впечатление: он заметно напрягся, побледнел даже. Но, опять же, непонятно, это из-за объективных прегрешений – или потому что кто-то наблюдает за его детьми!

— Кто вы такой? – спросил он куда жестче.

— Матвей Истрин, консультант полиции, веду дело, связанное с исчезновением вашей дочери.

— Что?.. Меня не предупреждали!

— Вас и не должны были.

— Так я что же, теперь подозреваемый?!

— А ваше поведение не выглядит подозрительным? Думаю, нам лучше говорить об этом не здесь.

Чижук взглянул на часы, убедился, что еще по-прежнему непростительно рано, и кивнул на ближайшую арку:

— Пойдемте, там есть кофейня. Не бог весть какое место, но из круглосуточных тут только оно.