Книга Голоса в комнате эхо, страница 74 – Влада Ольховская

Очередным подтверждением того, что Анна отнеслась к его визиту серьезно, стали фотографии, присланные меньше чем через час. Причем много – она, похоже, старалась прикрепить к письму все, что у нее сохранилось.

Фотографии были любопытны… Не для полиции, конечно, если бы на них было что-то криминальное, об этом бы давно стало известно! Но вот для профайлера они стали неплохой подсказкой.

Руслан не был несчастен там. Скорее, наоборот, он не изображал веселье для любимой жены, он действительно наслаждался тем, где находится и что делает. Но при этом все снимки он делал в одиночестве и на каких-то задворках. Это было не частное жилье, нет, больше похоже на дорогие отели. Но Руслан предпринимал заметные усилия, чтобы сфотографироваться там, где нет ни людей, ни прямых указаний на его местонахождение. Любопытно… Каковы шансы, что на всех дизайнерских конференциях с его участием была запрещена съемка? А если все обстояло настолько строго, телефон бы у него наверняка забрали.

Это не давало ответов сейчас, но могло обеспечить подсказку в будущем. Пока же Матвей просто переслал письмо Анны Гарику, ему нужно было, чтобы любой толковый компьютерщик проверил подлинность указанного времени, точность геолокации и на основании дат составил список тех самых конференций, в которых участвовал Руслан.

Гарик, конечно же, ответил нытьем:

— Ты хоть представляешь, насколько это дорого?!

— Я готов заплатить.

— Он еще и посягает на мое право скулить об этом… Ты отвратительный друг!

Денег Гарик с него не взял, но и мгновенный результат обеспечить не мог. Матвей понятия не имел, сколько дней уйдет на сбор данных, поэтому сосредоточился на другой версии.

Смерть Руслана стала шоком не только для его семьи, но и для коллег. Даже после ухода от Анны работу он не прекращал, дела у агентства шли прекрасно. И судя по тому, что молодая вдова получила солидное наследство, а фирма не досталась непонятно кому, проблемы Щеглова были связаны не с деньгами.

И все равно смерть основателя – огромное потрясение для бизнеса любого толка, особенно в сфере, где многое держится на отдельных личностях. Поэтому пока агентство перестраивалось на новый ритм, перемены приходили осторожно, и кабинет Руслана никто не трогал.

Именно этот кабинет и интересовал Матвея. После расставания с семьей Руслан довольствовался съемным жильем, там вряд ли удастся найти что-то толковое. А вот его кабинет – другое дело, все признавали, что он мог оставаться там сутками, если поступал особенно сложный заказ, это место стало его вторым домом… После расставания – единственным, получается.

Доступ Матвей получил благодаря Анне, да и заместительница Руслана, Марина, особо не противилась. Для нее смерть Щеглова стала не таким горем, как для вдовы, и все же она была подавлена. Ведь одно дело – быть на подхвате, другое – стать тем, от кого зависят люди! И то, что она этому не радовалась, доказывало ее невиновность лучше, чем любое алиби.

— Я могу ответить на ваши вопросы, – неуверенно предложила она. – Или показать тут все…

— Не стоит, благодарю. Мне достаточно осмотреть кабинет.

— Ну да… Если что – зовите.

Матвей кивнул, но исключительно из вежливости, звать он никого не собирался.

Кабинет был просторный и светлый, не как комната даже, как квартира-студия. Тут разве что кухни не хватало, остальное было: рабочий стол, многочисленные стеллажи, диван для отдыха, за скрытой дверью – туалет с душевой. В кабинете сохранился порядок, но не идеальный, похоже, Руслан следил за этим сам, а не приглашал кого-то. Тоже объяснимо: тут было собрано такое количество книг, бумаг, блокнотов и чертежей, что хозяину важно было располагать все это изобилие так, как удобно, иначе слишком легко запутаться. Да и уборщица могла не разобраться, где ценный документ, а где пригодная для заворачивания скумбрии бумажка.