Книга Поселок Тихий, страница 93 – Марина Серова

— Наверное, вы правы, — согласилась я.

Она примирительно улыбнулась:

— Теперь-то выпьете с нами чаю? Хотя бы в качестве компенсации за травму. Вам бы вообще в больницу. Как минимум гематома огромная, все-таки сознание вы на пару секунд потеряли. — Ольга виновато смотрела на меня.

И я вдруг поняла, что ужасно себя чувствую. Я голодна, изнываю от жажды, вымотана тяжелым днем, и затылок до сих пор ломит от боли.

Кажется, Ольга читала мысли.

— Я сделаю чай и принесу вам обезболивающее. И не отпущу вас, пока не проверю, что там с вашей головой.

Комната стараниями женщин была приведена в порядок. Не осталось никаких следов нашей стычки. Я сидела за столом, уставленным тарелками с бутербродами и чашками с горячим чаем, и слушала рассказ Мананы:

— Я не знала, что делать. Мне было так обидно, что Самвел меня обманывал! Хотела сначала позвонить Луизе и все рассказать, но вдруг поняла, что она только отмахнется. Я ведь ехала сюда, чтобы учиться дальше. Но тетя с дядей даже ни разу не спросили меня, подала ли я документы, разговоры были только про одну свадьбу. И если я скажу, что ее не будет, для родни это станет катастрофой. Так и бродила по улицам, не зная, куда податься. Денег у меня нет своих, в шашлычной мне не платят, дают денег совсем немного на личные расходы. Хотела поехать в Тарасов и узнать, могу ли я подать документы в училище на медсестру и дадут ли мне общежитие. Но мне даже на билет не хватило. Я расплакалась от отчаяния прямо у кассы, пошла подальше от людей, было так стыдно. И тут увидела листовку центра. Позвонила, рассказала Оле про себя, и она предложила приехать. Мы поговорили с ней, и я решила остаться здесь. Не хотела напугать дядю с тетей, честно. Собиралась позвонить и никак не могла настроиться: как подумаю, какой будет скандал… Поэтому написала им записку, даже не предполагала, что они уже детектива наняли.

У девушки выступили слезы:

— Оля, кажется, это я во всем виновата. Надо было все-таки поговорить с тетей и дядей лично.

Ольга покачала головой:

— Не вини себя, ты все сделала правильно. Меня тоже когда-то ругали, что ушла от пьющего мужа. Ведь я врач, должна была следить за ним, лечить и терпеть его пьяные выходки — так считали моя свекровь и моя мама. Знала бы ты, как я сомневалась, когда сбежала от него в одном халате и тапках. Но сейчас, спустя двадцать лет, уверена, что выбирать надо себя и свое счастье. А родственники любят тебя и примут твой выбор.

Ольга улыбнулась мне:

— Надеюсь, Таня, вы теперь не считаете нас сектой или притоном. Тут все находятся по своему желанию. И Манана, и Машуля. Бедная девочка живет в центре третий месяц. Обычно я стараюсь найти своим подопечным квартиру и работу, чтобы они быстрее встали на ноги, поверили в себя. Но ее случай совсем тяжелый. Ее привезла Елена Михайловна, когда приехала на вызов. Она была в шоке от состояния беременной женщины, муж ее буквально морил голодом. Представляете, выдавал ей корку хлеба, а остальные продукты прятал под замок. Еще и скорую ей вызвал, не понимая, почему она на ногах стоять не может сама. Хорошо, что Елена Михайловна всегда была боевая, вместе с Игорем Степановичем отбили Машу и привезли сюда.

Она спохватилась и протянула мне листовку:

— Вы сказали, что ищете пропавших девушек. Понимаю, что расследуете настоящее преступление. Надеюсь, все закончится благополучно. Но если вдруг кому-то из них понадобится помощь и окажется, что они ушли сами из дома, то прошу — дайте мой телефон.