Книга Капкан на спящего дракона, страница 36 – Ольга Володарская

— Теперь ты постоянный клиент рублевского звездоведа?

— Советуюсь с Зариной, скрывать не буду. На поездку мою она добро дала, не зная, куда собираюсь и зачем. И отметила, что в данный период времени мне лучше находиться подальше от дома. Опасно тут оставаться.

— Из чего ты сделал вывод, что наши врачи тебе не помогут, только заграничные спасут?

— Те мне полное излечение обещают. И без мучений. Что-то экспериментальное у них имеется. Наши же традиционные методы предлагают типа облучения.

— А ты его не проходил?

— Не понадобилось. — С этими словами Валентин задрал штанину, потом стянул длинный носок, и Эдик увидел… Протез ступни! — Ампутация решила проблему. Но, как оказалось, не до конца. Обнаружились новые опухоли над щиколоткой. Пока маленькие. Но этот чертов рак так быстро растет!

— Я тебе сочувствую, брат. — Теперь стало ясно, почему Валентин так странно ходит. — Как Сюзанна перенесла эту новость?

— Она ничего не знает о моей болезни.

— Не понял?

— Скрываю.

— Но как? У тебя нога пяткой заканчивается…

— Ее никто не видит, кроме физиотерапевта. Его я посещаю дважды в неделю, благодаря чему могу вести привычный образ жизни. Я даже вернулся на поле для гольфа. Но не столько играю в него, сколько на каре по полю гоняю.

— Извини за интимный вопрос, но как же ты занимаешься сексом? В носках?

— Ответ очевиден, Старик. У нас его с прошлого года нет. — Баранов натянул носок, одернул штанину. — Никто, кроме тебя, не знает о моем диагнозе. Я сейчас о близких, разумеется. Ни жена, ни дети, ни те, кого я называю друзьями. Последних немало, кстати сказать. С теми же гольфистами я уже несколько лет поддерживаю отношения. Мы собираемся и просто с мужиками, и с семьями. Но для меня они остаются приятелями. И только ты — настоящий друг! — Он потянулся, чтобы обнять Эдика, но налетел грудью на стакан и опрокинул его. — Вот я неуклюжий. А что будет, если болезнь не вылечить? Рассыплюсь, как сборный скелет на уроках анатомии. Помнишь, были такие в наших советских школах?

— Как ты объяснишь домашним свое длительное отсутствие? — поинтересовался Эдик, чтобы знать, как себя с ними вести в этот месяц.

— Пока я сказал им, что лечу в командировку на неделю. Потом сориентируюсь. Семья привыкла к тому, что я редко бываю дома, и не задает лишних вопросов. Иначе как бы я смог тайно пройти через ампутацию и восстановление?

— Где я буду жить этот месяц?

— Здесь, конечно. Заодно присмотришь за крестником. А может, и положительно на него повлияешь. Ты был его кумиром когда-то.

От всех новостей у Эдика голова шла кругом. Или в этом виноват виски?

— Завтра поедем в офис, я все тебе покажу-расскажу, — продолжил Валентин. — Документы подпишем, которые я, между прочим, заранее подготовил. Знал, ты не откажешь другу.

— Учти, я соглашаюсь только на испытательный срок, так что документы придется подкорректировать. И у меня условие: если лечение не поможет, ты это от меня не скроешь, как привык делать.

— Такого не может случиться. Гарантии почти стопроцентные…

— Дай обещание, Багор!

— Клянусь, Старик, я больше ничего от тебя не скрою.

— Верю, — кивнул Эдик. Клятвами Валя не разбрасывался. — Как и в то, что все будет хорошо. Ты просто так болезни не сдашься.

Они все же обнялись, и для этого уже Эдику пришлось встать. Крепко прижимая друга к себе, он думал не о нем, а о своей жене. Как Катя воспримет новость? Конечно, она ей не понравится, но насколько сильно?