Книга Да, товарищ лидер фракции, страница 46 – Роман Путилов

Чувствовал ли я себя душегубом? Чувствовал. Мучила ли меня совесть? Ни капельки. Этот самодовольный мужчина, предавший отдавшие за него голоса, народ, прикрываясь красивыми, но ничего не значащими лозунгами, более тридцати лет аккуратно вписывался в структуру государственной власти, находясь на полном ее содержании, аккуратно протестовал, но так. чтобы власть эту самую, не сильно беспокоить, нивелировал протестные настроения, душил любые попытки молодых соратников по партии вернуть большевистской партии ее былое политическое значение, то есть, занимался саботажем и предательством. Ну теперь он, вместо многолетнего сытого пребывания в системной оппозиции, в мгновенье ока, превратился в героя, мученика, знамя и символ одновременно, что не каждому дано. Правда, возникает правовая коллизия — успеют ли большевики выдвинуть замену, готовую подхватить знамя победы из руки павшего бойца. Я конечно видел. Что ближайшее помощники товарища Сбруева полегли с контузиями и легкими ранениями, как спелые колосья под дождем, но ведь кто-то из этих чиновников от оппозиции может и оклематься, и подать заявку на вступление в предвыборную гонку по выборам президента страны, и тогда жертва, принесенная сегодня товарищем Сбруевым на алтарь будет напрасна, а это недопустимо. Следовательно, надо искать иного кандидата и выдвигать его на партийном праймеризе, или как эта процедура сейчас называется…

Москва. Съемная квартира в районе станции метро Щелковская.

Вечером я в одиночку сидел на съемной квартире, пил водку за помин души и смотрел телевизор.

Всех слушателей милицейских курсов собрали по тревоге и перевели на казарменное положение, «до особого распоряжения», бросая их из одного конца «не резиновой», в другой.

На голубом экране мелькали знакомые и малознакомые лица и политического паноптикум, давая короткие интервью о политическом моменте и превознося положительные черты покойного генерального секретаря большевистской партии, причем, сегодня, что правые. Что левые, были солидарны в своих оценочных суждениях — Сбруев был мудр, рационален, любил собирать грибы и имел любимый цвет –красный. У нас почему-то помнят лишь часть мудрости древних — «О мёртвых либо хорошо, либо ничего», забыв последнюю часть «кроме правды». Отдельные личности, типа несдержанного Авилова призывал народ на баррикады, остальные опрашиваемые были близки в одном — без Сбруева большевистская партия, в том виде, в каком она сейчас существовала, осиротела. Через полтора часа однообразные интервью политиков мне совершенно приелись, и я потянулся за, замотанным в целлофановый чехол, пультом от телевизора, когда появившиеся в прямоугольнике экрана знакомое лицо человека, одетого в военную форму, и по моим понятиям, очень информированного, заставила меня замереть на месте.

— Господин генерал, скажите. Кто по вашему мнению был заказчиком сегодняшнего заказного убийства? — молодая и дерзкая, наверное, красивая, журналистка, сунула практически в лицо начальнику службы безопасности Президента лохматый микрофон с логотипом частного телевизионного канала «Гуси-Лебеди».

Грубое, словно вырубленное из деревянной коряги топором Урфина Джуса, лицо генерала закаменело, он начал обходить настырную журналистку, готовую на все, чтобы сделать себе имя среди голодных акул пера и микрофона, но, в последний момент замер и склонил голову, чтобы быть в фокусе камеры.