Книга Дом с синими ставнями, страница 19 – Ирина Грин

В какой-то момент под теплый, размеренный голос Лидии Семеновны Асе показалось, что кошмарная реальность всего лишь дурной сон. Вот-вот Артем появится в коридоре, а Галина Степановна откроет глаза, и все вернется на круги своя.

Лидия Семеновна рассказывала об Артеме — его робости, любви к книгам. Разговор тек легко.

— Вы держите меня, Асенька, в курсе, хорошо? — попросила Лидия Семеновна, когда Ася засобиралась домой. — От Ильи не дождешься. Сами видели, какой он бука. Запишите мой телефон.

Ася уже сделала несколько шагов по коридору, когда услышала быстрые, легкие шаги. Обернувшись, она увидела Лидию Семеновну, догоняющую ее.

— Асенька, постойте же, пирожочки забыли. — Женщина мягко, но уверенно обняла ее за плечи и прикоснулась своей щекой к ее — тепло, по-дружески, по-родственному. Это был жест утешения и поддержки, внезапный и искренний.

Ася на мгновение замерла, ощутив исходящее от женщины тепло и легкий, едва уловимый аромат духов. Пахло цветами и пудрой, чем-то немного старомодным, уютным и до боли знакомым. «Кажется, такие же духи были у мамы», — промелькнуло в голове у Аси. Вот только названия она никак не могла вспомнить, оно вертелось на языке, но не схватывалось.

— Вы держитесь, — тихо, но твердо сказала Лидия Семеновна, отпуская ее. — Все будет хорошо. Мы найдем нашего мальчика.

Она сунула Асе в руку пирожки, завернутые в ту самую белоснежную салфетку, и, повернувшись, легко и бесшумно скрылась за дверью палаты. Ася осталась стоять с щекой, все еще хранившей тепло ее прикосновения, и со странным щемящим чувством ностальгии, смешанным с новой, хрупкой надеждой.

Покидая больницу, Ася в дверях столкнулась с Ильей. Он выходил не из главного корпуса, а из бокового крыла. Его лицо было напряженным и мрачным.

Не выдержав, Ася шагнула к нему.

— Здравствуйте. Есть какие-нибудь сведения об Артеме?

Илья резко остановился, его взгляд скользнул по ней, холодный и отстраненный.

— Нет! — коротко бросил он и, не сказав больше ни слова, прошел мимо.

Ася вернулась домой, чувствуя себя так, будто провела не час в больничной палате, а десять часов за тяжелым, изнурительным трудом. Каждая мышца ныла от усталости, в висках стучало.

— Новостей нет? — спросила она у Виктории.

Та, стоя у плиты, ловко удерживала Алису на бедре одной рукой, а другой помешивала что-то в керамической кастрюльке, откуда тянулся пряный, чуть терпкий аромат.

— Решила приготовить том-ям с креветками, — улыбнулась няня.

В ее улыбке была легкая, ненавязчивая забота, что вызвало у Аси очередной приступ вины. Когда в последний раз она готовила для Ивана что-то особенное? Месяц назад? Два? Она тонула в заботах об Алисе, в своих страхах и тревогах, уроках с Артемом, а Ваня молча глотал магазинные пельмени и макароны с сыром.

В этот момент раздались знакомые шаги в прихожей — тяжелые, усталые. Иван переступил порог кухни и, морща нос от резковатого запаха цитрусов и перца, окинул взглядом стол.

— Ух ты, что празднуем? — произнес он без особого энтузиазма.

За стол сели втроем, вернее, вчетвером — Алиса на руках у Аси. Иван попробовал суп, вежливо кивнул: «Оригинально». Но Ася знала его слишком хорошо. Он ел медленно, без свойственного ему аппетита, без того довольного причмокивания, которое обычно раздражало ее, а сейчас показалось бы таким уютным. Он был сыт. Физически, но не душевно.