Книга Дом с синими ставнями, страница 35 – Ирина Грин

Илья провел Асю по длинному коридору, их шаги глухо отдавались в тишине. Он остановился у одной из дверей и открыл ее.

Комната Артема была полной противоположностью всему дому. Небольшая, уютная, со светло-голубыми стенами. Застеленная мягким пледом кровать-чердак, под ней — письменный стол, заваленный учебниками и конструктором. На полках аккуратно стояли модели кораблей, на стене висела карта звездного неба. Здесь пахло ребенком — карандашами, деревом, книгами и чем-то беззащитным.

Ася подошла к кровати. Постель была аккуратно заправлена. Сердце ее учащенно забилось. Она провела рукой по шершавому пледу и засунула ладонь под подушку. Пальцы наткнулись на что-то твердое. Это был простой, ничем не примечательный альбом для рисования в темно-синей клеенчатой обложке.

— Это то, что вы искали? — тихо спросил Илья, подойдя.

Ася открыла альбом, и на пол выскользнули фотографии. Она поспешила поднять их, посмотрела на первую и замерла: на ней она сама гуляла с коляской в парке. На следующей — покупала фрукты на рынке, улыбаясь продавщице.

Ася почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она подняла на Илью глаза, в которых плескалась смесь недоверия и обиды.

— Что это?

Он не стал отнекиваться.

— Моя служба безопасности проверяла всех, кто приближался к сыну. Это стандартная процедура. Вы же наверняка проверяли свою няню?

В горле у Аси встал ком. Она вспомнила, как Иван хотел проверить Викторию, а она возмутилась, назвав это вторжением в частную жизнь. Ей стало неприятно и гадко от осознания, что за ней, ее простой и такой уязвимой жизнью, кто-то наблюдал через длиннофокусный объектив.

Илья, видя Асино смятение, попытался успокоить ее:

— Ася, кандидатов на роль репетитора было пятеро. Артем выбрал вас. И это он попросил оставить ему эти фотографии.

Ася перевела дух, стараясь отогнать неприятное ощущение. Ну следили, ну фотографировали. В конце концов, это его право — узнать, с кем будет заниматься его сын. Ася вспомнила ощущение слежки, которое когда-то испытала. Значит, это была не паранойя, а не совсем качественная работа службы безопасности. Обстоятельство немного успокоило Асю, и она снова открыла альбом. Обычные детские рисунки — машинка, робот. На следующей картинке были изображены ребенок и две женщины, держащиеся за руки. Они стояли у дома. И у этого дома были яркие, лазурно-синие ставни.

— А это что? — спросила Ася, показывая рисунок Илье.

Лицо его исказилось гримасой боли. Он отвел взгляд.

— Это он себя нарисовал, свою бабушку и маму. Мою первую жену. Она сейчас живет в Шотландии. — Он сглотнул, и его голос стал хриплым. — Артем скучал по ней.

Асе хотелось узнать, почему они развелись, но она молчала. Пусть сам расскажет. Ее дело — слушать.

— Бизнес, будь он неладен, — после долгого молчания начал Илья. — Этот бизнес… «Громов-Холдинг»… — Он горько усмехнулся. — Смешно. Он никогда не был по-настоящему моим. Стал нашим с Ниной свадебным подарком.

Он помолчал, собираясь с мыслями.

— Основал его муж Галины Степановны, бывший тесть. Старый партийный функционер, который в лихие девяностые ловко приватизировал полуразрушенный, но стратегически важный завод по производству подшипников. Не тех, что в колесах, а сложных, для энергетики, для тяжелого машиностроения. Помню, он говорил: «Пока турбины крутятся и станки работают, на хлеб с маслом мы всегда заработаем».