Книга Загадка неприкаянной души, страница 143 – Ирина Грин

Иван нажал на кнопку звонка и, не услышав ответа, толкнул калитку. Та с протяжным скрипом отворилась. Дом, казалось, спал, укрытый снежным одеялом, но ведущая к крыльцу дорожка была расчищена и заботливо посыпана песком.

— Хозяева! – крикнул Иван, поднявшись на крыльцо. – Есть кто дома?

Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель на Ивана уставился пытливый взгляд серых глаз, казавшихся непомерно большими из-за очков с толстенными стеклами. Женщина куталась в серый пуховый платок.

— Здравствуйте! – приветливо поздоровалась она.

— Рыбак Иван Станиславович! – представился Иван и показал удостоверение частного детектива. Корочки капитана полиции у него тоже были, но демонстрировать их матери бывшего коллеги он не стал – мало ли, как повернется разговор. – Мне нужен Максим Георгиевич.

— Максим? – Женщина смущенно улыбнулась. – Он спит еще. Приехал в отпуск на пару недель, устал там у себя в городе, не хочется его будить. Вам очень нужно? Может, попозже зайдете?

— Мама, кто там? – раздался за спиной женщины мужской голос.

— Это к тебе. Частный детектив с мальчиком.

Рыбак услышал, как Лебедев за его спиной возмущенно зашипел, и показал ему за спиной кулак.

— Какой еще?.. – В двери над головой женщины появилась слегка помятая ото сна физиономия Белова. – Что надо?

— Поговорить о Кирилле Герасимове и Еве Королевой, – сказал Рыбак.

— Не о чем говорить, – грубо отозвался Белов. – Мне эти фамилии абсолютно незнакомы. До свидания!

Он попытался закрыть дверь перед носом детективов, но Иван предусмотрительно сунул в щель ногу.

— Ногу убрал! – приказал Белов.

— Сынок, ты бы пригласил гостей, а то выстудишь дом. Да и перед соседями неудобно!

— Гости уже уходят, мама. Уходят? – Светло-серые глаза в упор уставились на Рыбака.

— Да. Думаю, лучше поговорить с Валерием Сергеевичем. Уверен, он не захочет рисковать лицензией из-за того, что один из его сотрудников оказался замешанным в убийстве.

— Я никого не убивал! – взревел Белов.

— Ну конечно. Это как в анекдоте, помните: то ли он убил, то ли его, но осадок-то остался. Есть куча свидетелей, что ты прибыл сюда по чужому паспорту, – проводницы Майя и Татьяна, Василий Котик опознали тебя по фотографии. – Иван блефовал, разумеется, но Белов‑то этого не знал. – Пальто, опять же. Уверен, на нем остались твои следы. Дело совершенно неожиданно оказалось громким. Здешним полицейским раскрываемость нужна точно так же, как везде. Специалисты по подтасовке улик тоже еще пока не перевелись. Ты же понимаешь, что, чуть запахнет жареным, Соколов тут же тебя сдаст. Начальники вроде него всегда сдают подчиненных. Как вариант, может попытаться подсластить пилюлю – пообещать, пока ты на зоне, заботиться о твоей матушке. У нее же, кажется, астма?

То ли Рыбак был достаточно убедителен, то ли Белов любил мать, а может, имели место какие-то другие соображения, но дверь он открыл. Сказал неприветливо:

— Входите.

Через небольшую летнюю кухню они прошли в довольно большую комнату. Тяжелые шторы почти не пропускали свет, и в ней было темно, но довольно тепло.

— Скажешь хоть слово, тут же вышвырну тебя на улицу, будешь сидеть на крылечке и мерзнуть. Понял? – грозно прошептал Иван Лебедеву.

— Ага, – закивал тот.

— Может, чаю? – в дверях показалась мать Белова. Она по-прежнему куталась в платок. Рыбак подумал, что ей нездоровиться, но от чая отказываться не стал.