Книга Башня ветров, страница 64 – Ирина Грин

А еще сотрудница библиотеки. Она словно магическим образом – как тут не вспомнить слова Марс «Это Крым, детка» – перенеслась из его юности, ни грамма не изменившись за прошедшие годы: приятная женщина лет пятидесяти с каштановыми волосами, уложенными на голове в подобие короны.

Поздоровавшись, Иван предъявил удостоверение частного детектива, чем привел женщину-библиотекаря в неописуемый восторг.

— Нина Александровна, – представилась она и протянула Рыбаку руку. Немного поколебавшись – что делать, поцеловать или пожать, – он выбрал рукопожатие. – Вы не представляете, как редко у нас бывают частные детективы.

«Скорее всего, я первый», – подумал Иван и выложил на стол книгу Даниэллы Купер.

— Я могу узнать, кто брал у вас эту книгу?

Нина Александровна улыбнулась потрепанному томику, как строму знакомому, и легко коснулась обложки длинными пальцами с короткими ногтями, покрытыми бесцветным лаком, словно в знак приветствия. Затем пальцы перепорхнули к ящичку с формулярами и уверенно извлекли нужный.

— Вот Никольская Елизавета Петровна.

Фамилия почему-то показалась Ивану знакомой.

— Одна из наших старейших читательниц.

— Не будет ли с моей стороны бестактностью попросить у вас ее адрес? – спросил Рыбак.

— Адрес дать я, конечно, могу, но, к сожалению, Елизавета Петровна умерла.

— Умерла? – Иван насторожился.

— Нет, нет, вы не подумайте, ничего криминального, просто пришло ее время. Вот, видите, – библиотекарь ткнула пальцем в строчку на обложке формуляра, – тысяча девятьсот двадцать пятый год рождения. Чуть-чуть не дотянула до столетнего юбилея. И при этом была веселой, общительной, читала без очков.

Пазл сложился: Никольская Елизавета Петровна 1925 года рождения – именно на нее был зарегистрирован телефон, звонок с которого Новиков принял последним.

— А не подскажете, остались у Елизаветы родственники?

— Подскажу. Она жила с молодым человеком, племянником.

— Тоже ходил к вам за книжками?

— Нет, тетушкиной любви к литературе он, к сожалению, не перенял. И вообще, в отличие от Елизаветы Петровны, не очень приятный человек. Я-то с ним не общалась, а вот коллега моя, Танюша, ходила к нему за книгами, которые остались у Никольской на руках – она умерла в одночасье. Как жила – легко, никого не обременяя, – так и ушла тихонько. Да… – Библиотекарша опустила голову и погрузилась в печальные мысли, из чего Иван сделал вывод, что при всей своей миловидности она одинока и, в отличие от бабушки Никольской, у нее даже племянника нет. В лучшем случае – кот. Хотя нет, тогда имелись бы царапины на руках. – О чем это я? – Нина Александровна резко дернула головой, словно стряхивая с себя негативные мысли. При этом из прически-короны выпал локон.

— Коллега… Танюша… ходила к племяннику Никольской.

— Да! Точно! Она попросила у него посмотреть библиотечные книги, которые остались у тети.

— И он? – Иван готов был услышать страшную историю о покушении на честь Танюши, но все оказалось гораздо безобиднее.

— Он ее на порог не пустил. Сказал, что занят и посмотрит, как будет время. И разумеется, не посмотрел, книги не принес.

— Понятно. Дайте мне его адрес, попробую забрать у него остальные книги. А эту оставлю вам. Вот только скажите, пожалуйста, у вас, случайно, нет точно такой же, только в более приличном состоянии?