Книга Ловушка для полоза, страница 125 – Дина Сдобберг

— Подождиии, - на губах княгини расцветала ехидная улыбка. - Это же получается, что ты у нас... Ведьма?

— Ага, с особенностями, - вспомнил слова отца инквизитор. - Однако это не объясняет, почему именно она? Девчонка, которой сил едва хватало, чтобы просто выжить.

— Может оттого, что она свой дар не запирала? Или потому, что за свою жизнь не успела никому причинить зла и напрасной обиды? - пожала плечами княгиня, отворачиваясь в сторону стола молодых.

А там было на что посмотреть. Полуденица пришла на свадьбу не с пустыми руками. Принесла два одинаковых венка из ромашек и васильков, которым ещё было не время. Перевиты цветы были нитками каменьев самоцветных, отчего смотрелись диковинными коронами. А ещё дала каждой из племянниц по неказистой с виду тряпице.

— Ой, не проста полуденица, ой не проста, - покачала головой княгиня. - Дорогие дары девочкам принесла.

Первыми в руки невест легли старые деревянные гребни по десять зубьев каждый.

— Не смотрите, что старые и потрескавшиеся, - улыбалась Ждана. - Это русалочьи гребни. От дурных мыслей и сомнений. Как душа начнёт маяться, так распустите косы, да и проводите гребнем. Дурные наветы и отойдут. Ну, и от головной боли хороши.

— А если дитя малое раскапризничается? - сразу уточнил Иван.

— В колыбель положи, в изголовье, - смеялась полуденица. - Только, коли дочь родится осторожнее. Иначе девчонку наградишь русалочьей притягательностью. Как ей жить потом? А это держите, камни с той стороны. Если придёт беда страшная и придётся бежать от того, что страшнее смерти, бросьте через левое плечо и не оглядывайтесь. Камень будет обратно стремиться, и врагов с собой уведёт.

— Благодарствую, - поклонились молодые. - За щедрость и заботу.

— А это, - последними легли небольшие кусочки белëнного льна. - Куски от моей рубахи, что мне вместо свадебной погребальной стала. В чёрный час киньте в огонь, да окликнете по имени. И я приду, где бы вы не были. А самим не пригодится, детям оставьте.

И снова до земли поклонились нежити молодые.

— Ждана, - вдруг окликнул её староста. - Помнится, до танцев ты всегда охоча была. Не истосковалась ли душа до пляски? Может танок зачнëшь?

— Да кто же со мной в пояса встанет? - усмехнулась Ждана. - Хоть и встретили меня приветливо, да радостно, но того, кто я теперь это не отменяет.

— Меня оно не пугает, - встала из-за стола Неждана. - Ты для меня так и осталась сестрой. Оттого и горько было, что мне не показываешься.

— Матушка всегда сравнение с тобой, как похвалу держала. Сяду за рукоделие, так она посмотрит и скажет, что я совсем как Ждана, мол и у той всегда стежки ровные. - Засмеялась Светлана.

— А танцевать мы тоже любим, - вышла следом за матерью и Радосвета.

Надолго в памяте селян останется это небывалое событие, о котором потом сами селяне и скажут, что русалочий хоровод видели.

Четыре очень похожие между собой красавицы из двух поколений, были связаны перекрещивающимися кушаками. Танец этот был особым. Небольшой хоровод превращался в единую линию, а потом рассыпался на кружащихся танцорок, которых пояса стягивали в центр круга, поближе друг к другу. Как бы не менялись пары танцующих, какой бы узор не плели, пояса тянули их друг к другу, как настоящая семейная связь, родовые узы.