Книга Брошенная жена Черного дракона. Хозяйка Пепельной долины, страница 54 – Ангелина Сантос

Из Пепельной долины.

Я замерла.

В графе груза значилось:

Печной камень.

Объемы отличались.

По две, три, иногда четыре телеги.

Получателями были три кузницы.

Две находились на землях Арден.

Третья — в столице.

Я закрыла глаза.

Теперь становилось ясно, откуда «Северный камень» брал пирен для поставок Рейнару.

Из моей земли.

Потом продавал его дому Арден.

И часть денег, возможно, выводилась через поддельные распоряжения Элины.

Я снова открыла глаза.

Подтверждение все еще требовалось.

В документах не было слова «пирен».

Только «печной камень».

Мог существовать другой груз.

Нужны были образцы из кузниц.

Сравнение породы.

Я уже собиралась писать Рейнару, когда во дворе послышались лошади.

Не телега.

Несколько всадников.

Леста подошла к окну раньше меня.

— Господин Арден.

Я подняла голову.

— Один?

— С двумя людьми.

Сердце отреагировало быстрее разума.

Я раздраженно закрыла папку.

Леста посмотрела на меня.

— Что?

— Ничего.

— Я ничего не сказала.

— Именно.

Она вышла.

Я осталась за столом.

Через несколько минут в дверь постучали.

— Войдите.

Рейнар вошел.

Выглядел уставшим.

На плаще дорожная пыль.

В руке еще одна папка.

— Добрый день.

— Добрый.

Он посмотрел на документы передо мной.

— Уже получила?

— Несколько минут назад.

— Тогда знаешь про перевозки.

— Знаю.

— Я решил приехать сам.

— Почему?

Он положил папку на стол.

— Потому что утром получил ответ из одной из кузниц.

Я открыла.

Внутри лежал маленький кусок черной породы.

Я взяла его.

Даже на вид он был похож на камень из выработки.

— Это откуда?

— Из кладки печи, которую «Северный камень» поставил нам два года назад.

— Вы специально выломали кусок?

— Из запасного материала.

— Хорошо.

Я достала из ящика обломок, принесенный из каменоломни.

Положила рядом.

Они выглядели почти одинаково.

— Вы можете определить, одна порода или нет?

— На глаз — нет.

— Кто может?

— Мастер по печному камню.

— Где?

— В соседнем городе есть один.

— Надежный?

— Работал с моим домом пятнадцать лет.

Я посмотрела на него.

— Тогда не подходит.

Рейнар нахмурился.

— Почему?

— Потому что, если потом дело дойдет до суда, Герман скажет, что ваш человек дал вам удобное заключение.

Он помолчал.

— Справедливо.

— Нужен независимый.

— В столице.

— Пусть будет в столице.

Рейнар сел напротив.

— Ты уже увидела обратные перевозки?

— Да.

Я повернула лист.

— И еще восемнадцать телег, которых нет в хозяйственных книгах.

Он пробежал глазами строку.

— Северный склад.

— Ключ был у Варена. Запасного ключа в доме нет.

— Это уже много.

— Для вопросов — да. Для обвинения — нет.

— Ты всегда будешь добавлять эту фразу?

— Пока не появится то, что нельзя объяснить случайностью.

Рейнар снял перчатки.

— Есть еще кое-что.

Он достал письмо.

— Мастер палаты закончил предварительный осмотр двух оригиналов.

Я взяла лист.

Заключение было длинным и осторожным.

Я читала дважды.

Специалист подтверждал повторяющиеся отличия в движении пера.

На одном документе подпись, по его мнению, с высокой вероятностью была выполнена не той же рукой, что архивные образцы.

На втором заключение оставалось неопределенным.

— Один, — сказала я.

— Один.

— Это уже лучше.

— Есть печать.

Я перевернула страницу.

На одном спорном распоряжении оттиск действительно не совпадал по мелким дефектам с моей нынешней печатью.