Книга Непорочная невеста Лорда Тьмы, страница 8 – Таня Акентьева, Таня Ром

Он плеснул в кубок густой, рубиново-красной жидкости и протянул мне. Вино. Терпкое, сладковатое, с горьким послевкусием. Я сделала глоток, второй, третий. Жидкое тепло разлилось по телу, притупляя страх, но обостряя все остальные чувства. Комната стала ярче, запахи насыщеннее, а его присутствие невыносимо близким.

— Допивай, — приказал он, и я подчинилась, осушив кубок до дна.

Лорд забрал у меня пустой кубок, поставил на столик и снова повернулся ко мне. Его руки легли на мои плечи, и я вздрогнула от этого прикосновения, но не отстранилась.

Пальцы мужчины скользнули по моей шее, к застёжке платья.

— Слишком много одежды, — пробормотал он, и я услышала, как затрещала ткань. Лорд не стал возиться с крючками и пуговицами, он просто рванул шёлк, и тот поддался с тихим, жалобным треском.

Платье, стоившее, вероятно, целое состояние, упало к моим ногам бесформенной чёрной лужей…

Я осталась стоять перед ним в одной тонкой сорочке, едва доходившей до середины бедра. Холодный воздух коснулся обнажённой кожи, и соски мгновенно затвердели, проступив сквозь прозрачную ткань. Я инстинктивно скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться, но лорд перехватил мои запястья и мягко, но непреклонно развёл их в стороны.

— Не прячься, — голос мужа стал глубже, хрипловатее. — Ты моя жена и теперь твоё тело принадлежит мне. Я хочу видеть его.

Лорд поднял руку и медленно, почти благоговейно, провёл кончиками пальцев по моей ключице, а затем, спустился ниже, к ложбинке между грудей. Моё дыхание сбилось. Сердце колотилось где-то в горле, в висках, между ног. Тонкая ткань сорочки была жалкой преградой, и я чувствовала каждый изгиб его пальцев.

— Сними, — приказал лорд.

Дрожащими руками я стянула сорочку через голову и осталась совершенно обнажённой. Влажный воздух спальни лизнул мою кожу, и я покрылась мурашками с головы до ног. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Или чтобы он поскорее сделал то, зачем пришёл, и прекратил эту сладкую пытку.

— Красивая, — произнёс он задумчиво, разглядывая меня. — Бледная, тонкая, но в тебе чувствуется сила… Это хорошо. Очень даже хорошо.

Мужчина сделал шаг вперёд, сокращая последние дюймы между нами. Его рука легла на мою талию, притягивая меня к его горячему, твёрдому телу. Сквозь тонкую рубашку я чувствовала жар его кожи, рельеф мышц, грубую ткань шрамов. Его вторая рука запуталась в моих волосах, освобождая их от шпилек, и светлые пряди тяжёлой волной упали на плечи и спину.

— Ложись, — прошептал он мне в губы, и его дыхание обожгло мою кожу.

Я послушно отступила к кровати, и край матраса упёрся мне в бёдра. Но лорд не дал мне упасть или лечь самой, он подхватил меня на руки и осторожно, почти нежно, опустил на белоснежные простыни.

Надо мной навис балдахин, тёмно-красный, как запёкшаяся кровь, и его лицо, склонившееся надо мной.

Сам лорд не стал раздеваться полностью, а всего лишь стянул рубашку через голову, и я наконец увидела его целиком: широкие плечи, мощная грудь, покрытая шрамами, рельефный живот, уходящий под пояс брюк.

Мой муж был великолепен.

И в тоже время ужасен.

Воплощённое противоречие.

Он навис надо мной, упираясь руками по обе стороны от моей головы. Его колени раздвинули мои бёдра, и я почувствовала его тяжесть, его жар, его готовность.