Книга Сказка о сердце города, страница 83 – Ирина Тень

— Но она там, — сказала Ева, и в её голосе впервые прозвучала та боль, которую она так долго сдерживала, пряча её за стеной холодной решимости. — Она сидит в какой-то камере, или в подвале, или в клетке, и она ждёт, что мы её спасём. А мы сидим здесь и ничего не делаем. Каждая минута, которую мы тратим на разговоры, может стоить ей жизни.

— Мы делаем, — сказал Лев, и его голос стал жёстче, как удар хлыста. — Мы готовимся. Мы собираем силы. Мы не бросим её, но мы должны быть умными. Мы не можем просто ворваться в НИИ и надеяться на чудо. Архивариус ждёт нас, и если мы пойдём без плана, мы попадём в ловушку. И тогда мы не спасём не только Наташу — мы потеряем всё. Мы потеряем город, мы потеряем друг друга, и тогда его победа будет полной.

Ева подняла голову и посмотрела на него. В её глазах была усталость, глубокая, как океан, но под ней тлел огонь, который не давал ей сдаться. Это был огонь, который она носила в себе с детства, который передала ей мать, а той — её бабушка. Это был огонь города, который горел в её сердце.

— Ты прав, — сказала она, и голос её стал твёрже. — Мы должны быть умными. Мы должны найти Виктора. Мы должны создать барьер. И тогда мы пойдём к нему. Но мы не можем ждать слишком долго, Лев. У нас есть два дня, может быть, три. Потом Архивариус запустит свою волну, и всё будет кончено.

Сергей, который всё это время сидел в углу, сжав в руках телефон, встал и подошёл к столу. Его лицо было бледным, почти белым, и под глазами залегли тени — он тоже не спал эту ночь, он тоже ждал и боялся. Но в его глазах горела решимость, которая была сильнее страха.

— Я связался с Виктором, — сказал он, и голос его был хриплым, но твёрдым. — Я рассказал ему, что случилось. Он согласен помочь. Он сказал, что будет ждать нас завтра утром. Он уже начал собирать компоненты, но ему нужна помощь. Он не справится один, и он сказал, что без нас барьер не будет работать. Нам нужно быть там.

Ева кивнула, и в её взгляде появилась искра надежды, маленькая, как светлячок в ночи, но она была.

— Тогда завтра мы идём к нему. Мы поможем ему собрать барьер. А потом мы пойдём в НИИ. Мы сделаем это, Сергей. Мы спасём Наташу.

Она встала, прошла к окну и посмотрела на темнеющий город. Огни зажигались один за другим, и в этом мерцании она чувствовала дыхание Питера — ровное, спокойное, но настороженное. Город знал, что надвигается буря, и он готовился. Где-то вдалеке загудел трамвай, и этот звук, привычный и родной, разнёсся по улицам, как напоминание о том, что жизнь продолжается. Ева закрыла глаза, и город заговорил с ней. Он не произносил слов, но она чувствовала его поддержку, его уверенность. Он знал, что она не сдастся.

Ночь прошла в тревожном ожидании. Ева не спала — она сидела за столом, перебирая записи в своей тетради, и её рука выводила схемы, планы, идеи. Она записывала всё, что знала об Архивариусе, о его системе, о его слабостях. Она вспоминала каждое его слово, каждый жест, каждую усмешку, которая мелькала на его лице. Она чувствовала, как город говорит с ней, как он подсказывает ей пути, как он шепчет ей слова, которые она записывала в свою тетрадь.

Кулон на её шее иногда нагревался, и тогда она закрывала глаза и прислушивалась к тому, что он говорит ей. Она слышала голоса Шепотов, слабые, но живые, которые тянулись к ней из глубины города. Они говорили ей, что она не одна, что они рядом, что они поддержат её в битве.