Книга Песня скорпионов, страница 36 – Алексей Щербаков, Елена Прудникова, Юрий Нерсесов

Даже если занятые высадкой венды узнают о перевороте, это ничего не меняет. Договор может отменить только законный преемник международно-признанного президента, а не набежавшие из пустыни бандиты! Высадка продолжается, и венды штурмуют Майдигири. Затем в события вмешивается уммаханский флот, и после неизбежного удара по нему действия Союза получают статус агрессии. Лига выступает на стороне Уммахана, вместе они громят вендов и получают приз — планету Тогтарея, часть Народного Союза, имеющую в своих недрах половину мировых разведанных запасов экзеприя. Если врага удастся разбить наголову, её можно оттяпать по праву победителя, если победа окажется менее решительной — добиться концессии на месторождения.

Арман считал план, в целом, неплохим, хотя и находил, что данная военная хитрость требует совсем уж ювелирного расчета, а в таких случаях всегда приключается какая-нибудь гадость. Она и случилась, причём не одна. Проплаченные противники Ндумо неожиданно поднялись раньше, чем ожидалось, когда флот Лиги ещё готовился к вторжению. В принципе, ничего страшного, только сам Аваланд едва не погиб.

Нет, решение вывезти материалы биолаборатории в Оквантунде было правильным (мало ли к кому они могли попасть в начавшейся заварухе), но зачем самому-то на Джалну лезть! Думал, мятеж начнётся вовремя, решил заодно развеяться, пострелять горных козлов, и в итоге едва не стал дичью!

Зато другая пакость оказалась поистине роковой. На подходе к Майдигири навстречу вендам вылетел свихнувшийся Дебёф на своей посудине с эмблемой Лиги. Эскадра Союза остановилась, командующий начал советоваться со Светлоградово, узнал о падении Ндумо… И в итоге вендские корабли улетели без боя, так и не дав Лиге шанс начать войну.

Сколько сил и средств потрачено на выборы, на подкуп влиятельных членов Совета Мудрейших, чтобы атаковали Джамхиру вовремя — и какой-то придурок спугнул вендов, утопив грандиозный план в деревенском нужнике!

— Ну, может, всё и к лучшему, — проскрипел с кресла-каталки один из старейших членов клуба. Владелец ведущего оружейного концерна Орлеании, выпускавшего все, от кораблей до пушек, давно отошёл от дел, передав корпорацию наследникам, но к нему по-прежнему прислушивались, хотя сыновья сами уже имели взрослых детей, а старший недавно второй раз стал дедом. — Нет, сама идея мне нравится. Слишком много чести для вендов — монопольно владеть Тогтареей. Она и досталась-то им потому, что никому не была нужна. Кто ж тогда знал, что в том холодильнике столько летучки? Но воплощение… Я вот не уверен, что мы непременно победили бы.

— Что за ерунда, Перфон?! — возмутился Кастрел. — Что здесь «лучшего»?

— Планчик-то выходил весьма авантюрный!

— Почему? У Лиги сейчас свыше шестидесяти линкоров, да ещё у Уммахана около десятка. У вендов нет и пятидесяти, а уничтожь мы эскадру над Джалной, осталось бы всего треть сотни. И вы ещё сомневаетесь в победе?

— Я бы не сомневался, побеждай вы, вояки, исключительно числом, — невозмутимо ответил столп орлеанской торговли смертью. — Но есть и другие факторы — например, талант полководца. Или вы забыли начало Второй Великой войны, когда флот хинтерландского узурпатора Рогера Шендорфера разбил по частям и нас, и вендов? Это не говоря о боях на земле: у тех, кто обороняется, численное превосходство над десантом и, сверх того, короткие линии снабжения. Вы уверены, что они, находясь на своей территории, рядом со своими заводами по выпуску вооружения и боеприпасов, не перемелют армию вторжения на фарш?