Книга Связанная мирами, страница 110 – Джерри Вэй

— Она редко появляется здесь, живёт от задания к заданию без продыху. – Дарина обработала рану листьями чабреца, наложила прохладный иван-чай вокруг пореза и принялась заматывать руку. – А ещё она сестра Клима.

Диана покосилась на Стефанию. Что-то в её внешности казалось ей неуловимо знакомым, северным…

— Не дёргайся! – пригрозила Дарина. – Да, и я удивилась, они ведь совсем не похожи. А потом я узнала, что они сводные. Стешка очень добрая, мы с ней сразу подружились. И вы подружитесь. Ну вот, готово.

Диана осмотрела своё перемотанное предплечье и поблагодарила подругу. Но та оторопела, скользнув взглядом за её спину. Диана обернулась. Мимо них проходил не кто иной, как чёрствый демон, соизволивший наконец появиться в гильдии. Заметив двух подруг, с нескрываемым любопытством смотревших в его сторону, он зачем-то остановился. Убрал руки в карманы свободных штанов и кивнул так скупо, словно у него каждое движение было на счету.

— А ты… – обратилась Дарина к Сергиусу, от которого так и струилась мрачная неприступность, точно он герой-антагонист тёмного фэнтези. – Как?

— Отлично, – сухо бросил тот, даже не удостоив её взглядом. Помолчав немного, он добавил с тем же равнодушием: – А что?

— Я же лекарь. Переживаю за всех, потому и спрашиваю. – Дарина неуверенно пожала плечами, достойно выдержав напор хмурых глаз. Однако её лицо тревожно вытянулось: что и когда она могла сказать не так?

— Ещё одна, – процедил он сквозь зубы и покинул их общество.

Дарина недоумённо посмотрела ему вслед.

— Что это с ним? – спросила она после того, как демон скрылся за прилавком. Его радушно приняла Бишамелль, с готовностью предлагая поесть и выпить, на что он едва заметно улыбнулся. Не зря её называли душой и сердцем гильдии: камеристка умела находить подход к каждому.

— Ай, – только и отмахнулась уставшая Диана. – Вроде всё нормально.

Она подозревала, что переживания подруги были вызваны не только целительскими способностями, и как никогда желала влепить хороший подзатыльник этому упрямцу.

Уютная комнатушка встретила её запахом старой древесины, желанной тишиной и сквозняком, доносившимся с полей. Всё здесь было по-старому. По обе стороны ждали две пустующие койки, между ними – громоздкий расписной сундук под распахнутым окном. Над кроватью подруги горела свеча, там же томились здоровенные тома и магические книги.

В этом скрытом ото всех месте душой овладевали спокойствие и непричастность к внешнему миру. В этих стенах не было взволнованных лиц родителей и необходимости покоряться непонятному долгу, не было родственников, перед которыми надо пресмыкаться, чтобы угодить, не было власти глупых бумажек. Никто не заставлял становиться заложником обязательств и скорбеть по тому, к кому ты ничего не чувствовал. Здесь, в этой скромной обители, присутствовал лишь дух свободы. Здесь её просто принимали такой, какая она есть, и ничего от неё не требовали. Здесь всё было настоящим и живым, а там, в прежнем мире, – словно каким-то неправильным, фальшивым. Диана искренне полюбила «Силентиум» и всех его магов за то, что они подарили ей эту свободу.

Она прошла к своей кровати, сбросила с себя треклятый камзол и в задумчивости открыла сундук со всем снаряжением, каким успела обзавестись на О-де Гельсии. Но пока её взгляд рассеянно скользил по складкам и драпировкам, мысли были сосредоточены на другом. Она взглянула на левую руку. После того как Югай разрушил колдовство, странный недуг вернулся и окаймил предплечье тёмными отметинами.