Книга Вопреки всему. Том 2, страница 118 – Владимир Сухинин

— А вы как считаете? Наш начмед – умная женщина? Опытная?

— Да, умная и опытная. А это тут при чем?

— А при том, что эта строгая, умная женщина поверила этому жулику. Видимо, он обладает даром внушения, раз бандиты так серьезно отнеслись к его словам и принялись за Светлану Алексеевну. И даже пришли ко мне. Жених не стал раскрывать источник своего обогащения, а все свалил на невесту.

— Источник обогащения? – переспросил Малышев. – И вы знаете, что это за источник?

Я вновь вздохнул и продолжил терпеливо объяснять.

— Я служил комбатом в отдельно дислоцированном батальоне, триста солдат было в подчинении, рота прапорщиков. Город немаленький – пятьдесят тысяч жителей, магазины, склады, я был один из значимых людей в городе, дефицит мог доставать, знал, как это делается.

Жених начмеда работал грузчиком на базе, где завскладом был его дядя. На базу поступают большие партии товара и расходятся по магазинам. Например, пришла партия джинсов из Индии. Там делают отличный текстиль, шьют одежду. Вы видели в магазинах, чтобы продавали джинсы?

— Нет, не видел, – ответил Малышев.

— А они поступают в продажу. Я покупал со склада для своей семьи. Стоили они двадцать рублей, недешево, но с рук их продают за двести. К примеру, приходит партия в триста штук джинсов на базу, завсклад реализует их через знакомых и быстро распродает. На магазин выписывает накладную и прикладывает деньги по цене двадцать рублей за штуку. Магазин вроде товар получил и распродал, все чисто, не подкопаешься, а разницу поделили проворные люди, умеющие видеть возможности и использовать их. Чистая прибыль от продажи джинсов – пятьдесят четыре тысячи рублей, и это только на одном товаре…

— Но ведь это незаконно? – воскликнул Малышев.

— Да, и бандиты это знали. И понимали, что жених жаловаться не пойдет, он что, дурак, наговорить себе срок, и срок немалый, до восьми лет лишения свободы. Но он сумел их обмануть и перенаправить интерес на невесту. Он не стал подставлять дядю под удар, иначе его бы не поняли другие товарищи из избранного народа Востока.

— Кто? – удивленно спросил Малышев.

— Евреи, гражданин лейтенант, они весьма проворны в таких делах. Если когда-нибудь в нашей стране случится капитализм, они станут самыми богатыми и влиятельными людьми. Дружите с ними, пригодится.

— Вы что, проводите антисоветскую пропаганду? – воскликнул Малышев.

— Отнюдь, дал совет. Ученые, музыканты, шахматисты, все лучшие люди – это они. Ну, еще зубные врачи, завсклады… Думаю, что жених Изя был очень красноречивым и расписал схему так, что у бандитов не осталось сомнений. Вот они и пришли сюда. И если бы я стал отнекиваться, то они снова стали бы искать жениха, а того и след простыл. Кто же остался в этой ситуации крайним? Конечно, Светлана Алексеевна. Ее бы не оставили в покое, вывезли в лес, пытали, чтобы добыть информацию, а потом убили бы, чтобы скрыть следы преступления. Поэтому я им подыграл и пошел к начальнику колонии…

— А почему к нему, а не к майору Штильману? Безопасность – это его поприще.

— Потому что единственный, кто мог защитить начмеда, это был Хозяин. Он один еще знает, что такое честь офицера…

— Глухов, не забывайтесь, – вспылил Малышев. – Вы сами нарушили и опозорили честь офицера преступной связью с иностранной разведкой…