Книга Вопреки всему. Том 2, страница 160 – Владимир Сухинин

— Я не против ваших отношений, – я сразу же расставил все по своим местам, – только чтобы они были нормальными. Тебя, Вовка, не смущает то, что Зоя старше тебя на пятнадцать лет? – Вовка, красный от смущения, отрицательно покачал головой. – А тебя, Зоя?

— Я просто так… – замялась Зоя. – Я не хотела. Просто так вышло.

— Вышло так, как вышло. Мы не можем больше быть вместе, Зоя. С работы я тебя не погоню, продолжай работать как работала. Только переедешь жить к Вовке или к своему сыну, как сама решишь. Ты сделала свой выбор. Я вас не осуждаю и не ругаю. Хочу, чтобы вы меня не боялись.

Я приобнял обоих за плечи и ушел домой. Вечером Зоя рвалась ко мне в квартиру, плакала, умоляла простить, но я приказал охране отвезти ее и ее вещи к ней домой.

Утром она как ни в чем не бывало пришла на работу, зашла, постучавшись, и с порога спросила:

— Наш роман закончен?

— Да, Зоя.

— И я могу жить с твоим сыном?

— Да, если он не против.

— А если он позовет меня замуж, ты не будешь против?

— Нет, не буду. Только не изменяй ему… Хотя это ваша жизнь, – улыбнулся я. – Кофе мне сделай.

— А близость у нас с тобой будет? – спросила она. – На работе, как раньше?

— Нет, Зоя, если ты будешь с моим сыном, то не будет. Если не будешь с ним встречаться и иметь близость, то буду тебя трахать, как раньше, но жить с тобой не стану.

— Я буду жить с Мишей, – ответила она, повеселев, и вышла. Принесла кофе и, не чувствуя смущения и стыда, стала раздеваться.

Зоя отличалась легким покладистым характером. Долго не дулась и практически не обижалась. На мир смотрела просто, без заморочек, ничего не требовала и получала свои радости. И это меня устраивало.

* * *

Время неумолимо неслось вперед, словно стремительный поток, размывая берега старого мира и открывая новые горизонты. Оно сплетало в причудливый узор события, новости, судьбы, изменяя жизни людей до неузнаваемости. Те, кто когда-то держал в руках бразды правления, теперь оказались на обочине. Новые хозяева жизни, словно стая хищников, заполнили рынки и рестораны, облачившись в малиновые пиджаки, символизирующие их власть и алчность.

Внутри меня тоже происходили перемены, глубокие и необратимые. Виктор Глухов, некогда столь значимый и сильный, постепенно растворялся, уступая место новому существу – Ирридару. Его энергия, его неукротимый дух, его стремление к переменам вытесняли старого меня, оставляя лишь тень воспоминаний. Я менялся, становился все более Ирридаром, и каждый день приносил мне новое осознание моих сил и возможностей.

Но среди всех этих перемен оставалась одна неизменная величина – моя воля. Она была подобна компасу, указывающему путь в бушующем море жизни. Моя воля решала, когда Ирридару вмешиваться в события, менять их ход, а когда оставаться в тени, позволяя судьбе течь своим чередом. И каждый раз, когда я принимал решение, мир вокруг меня менялся, словно подчиняясь невидимой руке, направляющей его течение.

В конце июля у меня в кабинете раздался звонок. Я поднял трубку и услышал взволнованный женский голос.

— Виктор Владимирович Глухов? – спросила женщина.

Я ответил:

— Да, это я. С кем имею честь разговаривать?

— Это Зина, секретарь директора спиртзавода. Нам нужно срочно заключить договор на охрану нашего предприятия. Пришлите мне договор по факсу.