Книга Принцип матрешки, страница 26 – Владимир Сухинин

— Она, – понимая, что мне не отвертеться, обреченно вздохнул я.

— Та-ак, – Ганга уперла руки в бока. Это предвещало мне грозу.

— Что так? – осторожно спросил я.

— А то, что ты снова связался с этой шлюхой.

— Она не шлюха, она чигуана…

— Это одно и то же. Только гораздо хуже. Чем она на этот раз тебя прельстила? Хотела на своих панталонах повеситься? Или снова на нее напали злые лесные эльфары? Или… – Ганга стала водить носом. – Что-то я не чувствую ее запах на тебе.

Чернушка повторила ее движения.

— И я не чувствую. Он с ней не спал.

— Хватит… принюхиваться, – я слегка ударил кулаком по столу. – Я ее сделал ментальной рабыней, и она теперь служит мне и только. Я ее выдам замуж за барона, вернее графа Штофа. Что еще хотите знать?

— Как она посмела снова оказаться рядом? – спросила Ганга. – Тварь!

— Ее ко мне подослали, чтобы соблазнить. Но я ее смирил.

— Как и меня? – тихо спросила Чернушка.

— Почти. Ты более свободна, чем она. Она повязана, как Рабе.

— Хорошо, – успокоилась Чернушка. – Он не любит ее, – пояснила она Ганге. – Он любит нас.

Ганга поглядела на Чернушку, и мышцы лица ее расслабились.

«Пронесло», – подумал я.

— Ладно, – смирилась Ганга. – Пусть живет. Но в замке чтобы и ноги ее не было.

Я кивнул. Понимал, как трудно ей вновь воспринять известие о Ринаде. Ее предательства она не могла простить и спустя столько времени.

Принесли еду. В комнату с подносом в руках вошла озабоченная дворфа и доложила Ганге:

— Госпожа Ганга, все слуги в подвале. Прислуживать некому. Воины во дворе при оружии. Ждут…

Затем увидела меня и обрадованно воскликнула:

— Слава хранителю, вы тут, господин. Теперь я спокойна. Вот, поешьте с дороги.

Она поставила на стол поднос.

— А почему слуги в подвале? – спросил я.

— Чтобы жертв было меньше, – ответила за дворфу Ганга. – Это я отдала такой приказ.

— Ладно, пусть посидят, – не стал спорить я. – Сейчас поем и с Лирдой пойдем воевать.

Я подмигнул покрасневшей от удовольствия девушке.

— А я? – тут же спросила Ганга.

— А вы будете готовить замок к обороне. Вдруг у нас ничего не получится.

— Ладно, отправляйтесь, – недовольно произнесла Ганга, – только береги девочку. За нее я тебе твое волшебное яйцо оторву.

— Что за яйцо? – тут же встряла любопытная дриада.

Я поморщился. Мне изрядно надоели вопросы о моем волшебном яйце.

— У нашего господина есть волшебное яйцо, – серьезно начала объяснять Чернушка. – В нем спрятана его жизнь… Нет, смерть, – поправилась она. – Или жизнь? Мы точно не знаем. Его нельзя убить. Только если разбить это яйцо.

Глаза дриады стали как блюдца.

— Волшебное яйцо? В нем жизнь?

Она посмотрела на меня и заглянула под стол. Потом вылезла, густо покраснев, и не таясь спросила:

— И что это за яйцо? Как у гусей?

Я вздохнул. Сказки про мои тестикулы далеко разошлись по миру и стали обрастать небылицами. Одно неосторожное слово, брошенное на жертвеннике Беоты, породило нечто невообразимое. И куда деваться? Я стал придерживаться этой версии. Чем больше тайн вокруг меня, тем больше меня будут бояться враги.

— Яйцо не у меня, – ответил я с набитым едой ртом. – Оно на ждубе, ждуб на острофе. На ждубе лаец. В нем утка. В утке яйцо. В яйце иголка, которой меня можно убить. Но это страшная тайна, – сделав зверское выражение лица, добавил я. – Там моя смерть.