Книга Принцип матрешки, страница 44 – Владимир Сухинин

— Солнце вроде не жарит? – сказал я.

Шиза подняла голову и посмотрела на меня.

— Что-то ты бледная. Не загораешь? – спросил ее.

— Дурак, – услышал я в ответ, но не обиделся. Такую фразу я слышал довольно часто и конкретно из ее уст.

Я создал шезлонг для себя, сел и участливо спросил:

— Так плохо?

— Тошнит постоянно и хочется чего-то.

— Чего? – наивно спросил я.

— Ну, может быть, мороженого.

Я создал пломбир в стаканчике и протянул ей.

— Это вкусно? – спросила Шиза.

Я кивнул.

— А оно с кислинкой?

— Хочешь с кислинкой? – вновь спросил я, и Шиза кивнула.

Я прибавил кислинку лимона во вкус мороженого и снова протянул ей стаканчик.

— Попробуй сам, – попросила Шиза. – Какой вкус кислинки?

— Лимонный, – лизнув мороженое, ответил я.

— А я хочу ягодный.

— Крыжовник пойдет? – спросил я.

— Я не знаю, что это такое, но думаю, пойдет, – кивнула она.

Я по памяти сделал вкус крыжовника.

— Бери, – протянул я стаканчик.

— Уже не хочется, – ответила Шиза. – У тебя есть соленые огурчики? Тут никто не знает вкус соленых огурцов, а я жить без них не могу.

— Есть, – немного сатанея, ответил я. – Вот, – и как фокусник вытащил банку огурцов из штанов.

— Они с кислинкой? – спросила Шиза.

— Я добавил туда уксус, – кивнул я. – Чтобы не портились.

— Попробуй, какие они на вкус, и скажи мне, – попросила Шиза и вроде как без сил откинулась на спинку шезлонга.

Я откусил кусок огурца.

— Вкус такой, какой ты хотела, – хрустя, пояснил я. – Ешь.

— Спасибо, Виктор, но я уже не хочу огурцов. Может, селедочки под шубой…

От пруда раздался голос Лиана:

— И вот так каждый день, студент, то седелку требует, то мороженого.

— Вот, – я сунул в руки Шизе тарелку с селедкой под шубой. – Тут есть все, кроме мороженого. И огурцы, и селедка. А я пошел. Некогда мне, – и стал, поднявшись с шезлонга, поспешно ретироваться спиной вперед.

Пятился, пока образ Шизы не померк и окончательно не пропал. Дремота сошла. Я увидел, как в темноте на меня смотрела Чернушка и морщилась.

— Не спишь? – спросил я. – Хочешь ласки?

— Нет, – ответила чернокожая красавица. – Просто ты пахнешь потом. Не хочешь помыться?

— Я сейчас, – подскочил я и применил заклинание очистки идришей. – Так хорошо?

— Хорошо, родной. Но что-то хочется такого, сама не знаю чего, – она горестно вздохнула. – Ребенок забирает так много сил…

Я мысленно засмеялся, сравнив ее с Шизой. И испытав прилив нежности, брякнул:

— Хочешь мороженого?

— А это что?

— Это сладкий снег.

— Ой, я хочу попробовать сладкий снег.

И где его брать? Конечно, на корабле. Но туда надо телепортироваться. Я понял, что сморозил глупость. Но делать нечего, сам предложил. И я, истратив четверть своей эртаны, прибыл на корабль в чем мама родила.

— Странный у вас мундир, командор, – встретил меня Брык. – Вас, случаем, не ограбили по дороге?

— Ты кто? – спросил я.

— У вас что, командор, с памятью плохо стало? – в ответ спросил луковый человек.

— Нет, Брык, с памятью у меня все в порядке. Я спрашиваю, ты кто? Капитан или стюард?

— Дежурный офицер, командор. Сегодня вы без женщин… Какие будут указания?

— Никакие, – отрезал я и прошагал мимо него в кают-компанию.

Создал на пищевом синтезаторе три порции мороженого. Сладкое, с лимоном и с крыжовником. Разложил в стаканчики и вернулся в спальню Чернушки.