Книга Владыка запада, страница 127 – Владимир Сухинин

— Ничего, с ним жить можно, он иномирец из человеков, история его занятная, – стал рассказывать Марселон. – Сначала жил в теле местного мага и приперся сюда, убегая из Ривангана от инквизиции. Разбудил Мару, Иехиль, меня и Нарну. Подчинил озерные племена. Завел бы баб, деревеньку и жил бы помаленьку себе спокойно, но он решил неожиданно для нас стать драконом. Нашел себе новое тело, которое хранили маги. Нашел путь к миру драконов и стал им. Я думал, глупость несусветная, пара сражений – и парень сгинет. А он смог меня удивить. Вырос, получил печать и наложил ее на эти земли. От Ривангана до островов в море наделил себя землей…

— Не подавится? – усмехаясь, спросил Кроний. – Он мне показался не очень умным.

— А он и не строит из себя умника, – ответил Марселон. – Но удачлив не в меру. Не иначе, его хранит провидение. Он умудрился закрыть пробой для бесов.

— О-о-о-о, – уважительно протянул Кроний, – это уже не удача, это путь бойца и стратега. Не иначе как нацелился на главную дыру…

— А что? – поддержал его Марселон. – Он сможет. Упертый и нежадный. За власть не держится. В наши дела не лезет, лишь бы не враждовали… Но сам понимаешь, нам нужна власть свыше, а она или у хранителя урода, или у него, так что… – Марселон стал сразу серьезным. – Пришлось выбирать. Старого ящера мы знаем. Он нас снова отправит в небытие, а этот хочет навести порядок на своих землях. Я слушал тут его совещание. Свободу людям дает: живи, работай, процветай. Говорит, над людьми будет власть закона, а я, мол, буду над законом. Если мы ему поможем в войне с риванганским хранителем, то сможем укрепиться. Тут тифлингов как грязи. Свободные, наглые, дикие. Всем хватит. Надо бы ему посодействовать. Я вот что предлагаю. Мара создаст атмосферу любви к царю, я помогу с армией, а ты, Кроний, благослови его царство обильным урожаем.

— Ты предлагаешь мне пойти под его крыло? – приподнял бровь слушающий Марселона Кроний и задумчиво почесал бороду. – А что, можно, так быстрее тифлингов наберу. Встречусь-ка я с этим драконом. Поговорю с ним. Но вот боюсь, как бы он сейчас не начал возвращать богов и сам себе могилу бы не вырыл.

— Нет, не будет он пробуждать богов. Дракон уже начал понимать, что боги могут быть и противниками. Нарна, Иехиль враждуют против него.

— А чего госпоже смерти надо? – удивился Кроний.

— Он не захотел ее брать в жены, – ответила за Марселона Мара. – А Нарна не смогла его приворожить источником… И погубить. Он догадался об этом… Или кто ему подсказал, – переведя взгляд на Марселона, произнесла Мара. – За это… он разрушил их храмы.

— Надо же, бабьим чарам сумел противостоять, – удивился Кроний. – Чем больше я о нем узнаю, тем больше он начинает мне быть симпатичным. Конечно, дракон из человеков – это сила и слабость. Но для нас неплохо. Нет у него жажды власти, как у природных драконов, это я сразу понял. Ладно, благодарю за доброту и ласку… – Он достал из сумки красный цветок и подал Маре: – Держи, красавица. – И, улыбнувшись, хотел уйти.

— Стой, Кроний, надо еще кое о чем поговорить, – остановил его Марселон.

— Что-то еще? – вновь усаживаясь, спросил Кроний.

— Да. Тут важно не упустить момент. Наш дракон, он из человеков вылез, поэтому нуждается в помощи.

— Мы что, будем ему сопли подтирать?