Книга Призванный Судьбой, страница 4 – Владимир Сухинин

Король отшвырнул салфетку и встал.

— Борис, — произнес он, — пригласи вдову ко мне в кабинет.

Вдова Оригона де Ро прибыла в столицу двое суток назад, и только вчера ей разрешили посетить дворец. Мельнира вошла в приемную ранним утром, сильно нервничая. Она была еще молода и недостаточно опытна, но умела пользоваться своей красотой. На это она делала ставку и не прогадала. Ее пригласили в кабинет короля почти сразу.

Король стоял у стола и с улыбкой смотрел на женщину. Хотя Мельнира выглядела усталой и осунувшейся, она все еще была хороша.

— Ваше величество, — женщина присела в поклоне.

— Хватит приседать, Мельнира, ты мать моего убитого ребенка. Я это помню. Проходи и садись. Нам есть о чем поговорить.

Не ожидавшая такого простого приема, она стушевалась.

— Не смущайся, проходи, — король подошел к зардевшейся женщине, взял ее за руку и подвел к столу. Помог сесть и сам сел рядом. — Мельнира, я буду с тобой краток и прям. Я оставлю тебе половину состояния мужа, но ты родишь мне наследника…

Мельнира вздрогнула и широко раскрытыми глазами посмотрела на короля. Она ожидала чего угодно, но только не этого. Половина состояния мужа — это гораздо больше того, на что она рассчитывала, а разговор о наследнике ввел ее в ступор.

— Беременность ты проведешь в укромном месте, пока не родишь. Оставишь мне ребенка и дальше будешь жить как тебе захочется. Но на время ты расстанешься с секретарем, а я не буду его сажать в темницу за связь с замужней аристократкой, — король улыбнулся, и женщина поежилась от взгляда его безразличных, холодных глаз.

«Он все знает», — испугалась она.

— Я согласна, ваше величество, — опустив взгляд, ответила женщина.

— Вот и хорошо, Мельнира. Вставай, нас ждет спальня, а я жду твою благодарность.

Из спальни король вышел только к обеду, немного усталый, но довольный. Мельнира знала свое дело и знала, как угодить властителю. Ее проводили в отведенные покои, а король принял Румбера. Новоиспеченный генерал стоял навытяжку. Смотрел прямым взглядом, и на его загорелом лице не было проявления угодничества или страха.

«Этот простолюдин будет отменным жандармом, — согласился с мнением Бориса король, — и будет внушать страх всем моим врагам. Борис прав, в жандармерии такому молодцу самое место. Он не поддался на посулы кангана, а тот явно пытался его перекупить».

— Румбер, — первым произнес король, — вас канган хотел купить?

— Хотел, ваше величество.

— А почему вы не продались?

— Я не дурак, ваше величество. Во-первых, я давал клятву служить королю. Во-вторых, я знал, что вы дадите больше, — генерал даже не улыбнулся после столь откровенных слов.

— Похвально, Румбер. И я хочу вас наградить за преданность короне. Вы назначаетесь главой королевской жандармерии. Что скажете?

— Служу моему королю! — поклонился генерал.

— Молодец, — похвалил его король. — И еще, выделю вам конт рядом со столицей и возведу в дворянское достоинство.

— Благодарю, ваше величество! Я докажу своей службой, что вы во мне не ошиблись.

— Вот этого я от вас, Румбер, и жду. Я хочу, чтобы лорды и церковь трепетали только от упоминания вашего имени. Стойте на защите короля и будете награждены еще больше.

Генерал молча поклонился еще раз.

— Разрешите внести предложение, ваше величество, — разогнувшись, произнес Румбер.