Книга Молот заката, страница 157 – Владимир Сухинин

— Нашел, – согласился Антон. – Но ты не умеешь организовывать работы. Все сам пытаешься сделать. Найди тех, кто сможет выполнить часть твоих дел, и назначь ответственным. Это называется распределение полномочий. Не можешь сам – попроси Вирпелу, она девочка смышленая. Хороший менеджер управления из нее получится. Как Франси состарится, я ее управляющей поставлю на моих землях…

— Вот я не пойму тебя, Антей, – воскликнул шер. – Вроде бы по-нашему говоришь, но слова твои непонятны мне. Полномочия, менеджер, это что за птицы такие?

— Нормальные птицы. Девочка твоя хоть и молоденькая, а сообразительнее, чем ты. Как ты с ней будешь жить? У вас такая разница в возрасте…

— А мы годами не меряемся, – ответил насупившийся Торвал.

— А чем вы меряетесь? – спросил Антон.

— Тем, чем и вы, люди.

— Да? Правда, что ли? Членами?..

— Какими членами, Антей?

— Ну, этими самыми… у кого больше.

— Больше что? – шер, моргая, с явным непониманием смотрел на Антона.

— Чем детей делают…

— Чем детей делают?.. – воскликнул сильно удивленный шер. – Ну ты и сказа-ал… Членами. Мы меряемся мастерством.

— А-а. А я уж подумал, что у ваших женщин есть то, что и у мужчин.

Шер вытаращился на Антона.

— Ты чего такое говоришь, Антей? У наших женщин так же, как и у ваших, все нормально…

— То есть у них мандалайки?

— Тьфу, – сплюнул шер, – вот заладил. Да, мандалайки. Доволен?

— Это ты должен быть доволен, – ответил Антон. – Я-то думал, что шерки как куры яйца высиживают, – и увидев обалделый вид Торвала, захохотал. – Да шучу я, – ударил он шера по плечу. – Шучу, Торвал. Это я говорю к тому, что тебе нужно и дорогу ремонтировать, и стекла лить. Я что, в своей светелке буду впотьмах сидеть? Я на солнышко и на небо смотреть хочу, и быть выше всех. И еще мне нужен унитаз из меди. Надоело в ведро ходить по нужде.

— Что нужно?

— Медное отхожее место, Торвал. Я нарисую тебе рисунок, ты спаяешь мне его по размерам. В светелке будет отхожее место, называется туалет. Унитаз поставим там. Нажал на педальку – сверху в него вода полилась и слила нечистоты.

— Куда смыла? – Шер от смены разговора и слов Антона растерялся окончательно.

— Ну, пока не знаю. Наружу, наверное, на хоздвор. Там кроме гусей и уток никто не бродит. Надо изменить чертеж моего дома на крыше. Ну и чего сидишь, рот открыл? – спросил Антон. – Занимайся стеклами, пока работники есть.

— Какие работники?

— Вон идут два десятка выздоравливать. – Антон кивнул в сторону ворот. Туда робко, бочком заходили беглецы. – Что тебе нужно? Кварцевый песок? Они натаскают. Иди, подготавливай для них фронт работы. – Антон подтолкнул шера. Тот встал и явно озабоченный ушел.

В этот день Антон излечил всех гнилых крестьян и устроил им небольшой праздник. Кухарки в казарме накрыли им стол, Франси с вымученной улыбкой на лице, словно у нее обострился геморрой, а выглядеть весело надо, выставила эль и настойку. Флапий, мимо которого прошел сей праздник, только повздыхал и ушел к Эрзаю жаловаться на жизнь и на несправедливость… Затем Франси увела излеченных в гончарную мастерскую и там определила им пока жить.

Вернулась и сообщила Антону, что тесно там уже. Может, новые домишки за стеной к замку пристроить? Места хватает.

— Можно, – кивнул Антон, – только в виде общежития-барака. Для ремесленников и новых крестьян для временного размещения. Не отдельные дома, а один длинный общинный дом с несколькими входами, и разместить там новеньких до отселения. Ты, Франси, молодец, хорошую идею мне подсказала. Открою тебе тайну. Но только между нами. Не дай Закат, Флапий узнает. – Антон заговорщицки посмотрел на женщину. Та придвинулась ближе и огляделась. Вокруг никого не было.