Книга Молот заката, страница 17 – Владимир Сухинин

— Да чего вы, дядька Флапий, все время меня ругаете? – обиделась Рыжая. – Я же хотела правильно выполнить приказ, как учил сам милорд.

— Хватит болтать! – рассердился Антон и крикнул: – Ерлав?..

— Я тут, милорд.

— Подойди.

— Иду…

— Все за вас надо думать и делать. Тунеядцы, – проворчал Антон.

— А это кто? – теперь уже уши навострил Флапий.

— Это те, кто время убивает глупыми вопросами. Рыжая, ты должна исполнить приказ быстро и в срок. Поняла?

— Поняла, милорд. А срок какой?

Антон пару раз глубоко вздохнул. Земные меры времени и поговорки тут не понимали. Все его слова подчиненные воспринимали буквально, что частенько выводило Антона из себя.

— В срок это быстро. Иди отсюда. Надоела.

— А куда, милорд? – Девушка со слезами на глазах смотрела на Антона. Она не понимала, почему он сердится. Она так старается ему угодить. Когда ест, не чавкает. Вытирает рот платком, руки о полотенце, а не о штаны, и, стараясь быть еще усерднее, получает нагоняй…

— В обоз, Рыжая. Посмотри, как там раненая пленница рассветных. Будешь помогать ей восстанавливаться. Марш!

— Есть, милорд, – вздрогнула от громкой команды Антона Вираг и, повернув коня, погнала его в лес, к обозу.

— Что хотели, милорд? – Возле Антона на коне закрутился всадник.

— Ерлав, сдается мне, что господин барон не спешит воевать с войском осаждающих замок Ошбрака врагов. Вот кожей чувствую…

— Да-а? – уважительно протянул разведчик. – Мне бы так. А что он делает?

— Вот это и надо узнать. Мы с утра не спеша тронемся к замку Ошбрака. А ты сегодня отправляйся туда. Осмотрись на месте, разведай обстановку, расположение дружин. И вообще надо понять, что там происходит. Только осторожно, чтобы вас не схватили.

— Да ни в жизнь, милорд, – воин радостно оскалился. – Мы ученые. Все сделаем как надо, – он хлестнул разгоряченного коня и ускакал.

Антон поглядел на хмурого Флапия.

— Что? – спросил он. – Осуждаешь меня за то, что я не иду на помощь барону?

— Нет, милорд, тут вы правы. Эти господа хотят на наших костях себе славу сделать. Они точно бы поставили вашу дружину против рыцарей Рассвета. Им чего нас жалеть? Незачем. Вы новичок, и к тому же они вам завидуют. Ох, чувствую, люто завидуют, милорд. Остерегайтесь, слишком вы, милорд, выделяетесь…

— Флапий, я вот не пойму. То ты говоришь, давай совершай подвиги, чтобы было чем похвастаться, то теперь говоришь – остерегайся. Как это понимать?

— А так, милорд. Подвиги подвигами, а беречься надо. Это ж рыцари, злое семя… – пренебрежительно бросил он.

— Рыцари – злое семя? И что, ты считаешь, что они лишены благородства?

Флапий засопел и отвернулся.

— Понял, считаешь, – усмехнулся Антон. – Я тоже так считаю. Как говорил мой отец, ничто человеческое им не чуждо. И в спину ударят, и ночью, как разбойники, проникнут в дом, чтобы прирезать… Ладно, спасибо за совет, я поостерегусь. Сам знавал, что такое зависть… Э-э, не в том смысле, что завидовал, – поправился Антон, – хотя и такое случалось. Но был объектом зависти и мне делали подлость.

Флапий косо глянул на Антона и промычал:

— Берегенного Рассвет берегет… Ой, простите. В вашем случае Закат, значит…

Антон, размышляя над словами старика, помолчал и, понимая, что ничего уже не поделаешь, он действительно выделился, махнул рукой. Время покажет, решил он и обратился к Флапию.