Книга У края бездны, страница 67 – Владимир Сухинин

Салех немного посидел, затем встал и кивнул. Молча вышел.

— Что скажете, профессор, по поводу этого молодого человека?

— Скажу, что он неглупый, сильный и в нем развито чувство преданности. Оно сродни рабской покорности, но на данном этапе становления его, как нужного нам специалиста, это нормально. Потом можно будет сделать небольшую коррекцию в сторону большей свободы. А пока надо приглядывать за ним, но негласно.

— Хотите сказать, что надо использовать мини-дроны? — уточнил Сюр. Никто кивнул. — Нет, — отрицательно покачал головой Сюр. — Это значит выразить ему недоверие. Такие люди щепетильны в вопросах чести. Мы сразу облекли его властью, и такой контроль его сильно обидит и нам навредит.

— Сюр, не мы, а вы дали ему эту власть. Пока все решения вы принимаете единолично.

— Ну и что? — пожал плечами Сюр. — Пока нет у меня тех, на кого можно переложить груз ответственности за решения. Тех, кто может, как и я, смотреть вдаль и видеть горизонты. Сегодня в будущее не все могут смотреть. Я бы выразился точнее, смотреть могут не только лишь все. Мало кто может это сделать.

Никто, силясь понять смысл фразы Сюра, поднял глаза к потолку.

— Это чепуха получается какая-то, Сюр. Очередные неологизмы вашей Земли?

— Они самые, профессор. Смысл их в том, что не на кого переложить часть решений…

— Сюр, вы могли бы переложить часть функционала на меня…

— Хотел бы, профессор, но не могу.

— Это почему? Вы считаете, что я не справлюсь с частью административных дел?

— Справитесь, профессор, но у нас возникли проблемы, о которых я и хотел с вами поговорить.

— Да? Что за проблемы? Я вас внимательно слушаю, Сюр. — Профессор подался вперед. Выражение его лица стало внимательным, тонкий нос профессора еще больше заострился и нацелился на Сюра. Никто стал похож на большую старую ворону.

— Ева сошла с ума и напала на меня. Хотела убить. Ее остановил выстрел из плазмомета…

— Да что вы говорите?! И почему она это сделала?

— Это я вас хотел спросить, профессор. Вы занимались искинами андроидов, а у Евы был подменен код ее программного обеспечения, я не мог ее отключить.

Никто откинулся на спинку мягкого стула. В упор уставился на Сюра.

— Вы, стало быть, подозреваете меня?

— Не только вас, но и Руди, профессор.

— А ее по какой причине? Она к операциям с андроидными искинами отношения не имела.

— Она не имела, но имел Гумар.

— Вы и его подозреваете?

— Нет, я подозреваю, что Руди могла уговорить жениха поменять программный код, чтобы напугать меня и заставить отказаться от идеи использовать андроидов.

— Ну это понятно, у нее были мотивы, — ответил Никто. — А какие мотивы, по-вашему, были у меня?

— Отомстить человечеству. И вы начали с коммуны.

Никто поперхнулся и закашлялся. В огромном изумлении посмотрел на Сюра и забулькал. Сюр видел, что профессор еле сдерживает смех.

— Что смешного, профессор? — насупился Сюр. — Меня едва не убили.

— Но вы живы. Значит, вас не хотели убить, господин Сюр.

— Почему вы так думаете?

— Потому что если бы в андроида была заложена программа вас убить, то он бы вас убил. Но ваша дремучесть в области искусственного интеллекта служит вам оправданием ваших неуместных подозрений в мой адрес. Хотя я и так вижу, что вы сами не верите в то, что я хотел вас убить и скорректировал поведение андроида, изменив программный код. Я бы сделал это не так топорно, а замаскировал нужную программу в алгоритме поведения андроида. Ни Гумар, ни кто-либо другой это изменение не обнаружил бы. А все списали на саморазвитие андроидного искусственного сознания. В случае с Евой все лежит на поверхности, и значит, работал дилетант. Кроме того, я не работал с Евой, с ней работали Гумар и Люба. Она была его помощницей, и она не позволила бы Руди уговорить Гумара поменять программный код искина андроида. Так что можете вычеркнуть из подозреваемых их обоих. А избавляться от неблагодарного человечества уже не имеет смысла. Я вновь обрел себя и статус. Чтобы точнее разобраться в том, что случилось с Евой, расскажите, как все произошло. Это поможет понять мотивы такого поведения андроида, — предложил Никто.