Книга S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш, страница 152 – Владимир Сухинин

Впереди показался поселок. Он оградами упирался в черноту. Кваз устал от беготни, добрался до небольшого оврага, прикрытого кустами малины, и спустился отдохнуть. Но тут ему в нос ударил свежий запах врага. Кваз сделал стойку, как гончая, учуявшая дичь. Все мысли и чувства направились на погоню. Он потерял чувство осторожности, его гнал вперед азарт погони и сладкий запах человека.

Кваз рванулся вверх. Выскочил к первому разрушенному дому, увидел тела убитых в форме и затормозил. Присел, затравленно озираясь, и тут со стороны дома слева от него раздались автоматные очереди. Пули ударили ему в бок, и часть пуль отразил щит. Кваз упал, перекатился и спрятался за разрушенным домом. В спину ему ударили еще две очереди. Он вскочил и почувствовал, что получил ранение. Немного прихрамывая, заскочил в развалины обгоревшего дома, выскочил через пролом в стене. Ему ничего не оставалось, как заскочить на крыльцо дома, из которого стреляли, рвануть на себя двери и заскочить в дом.

Ему в лицо смотрели три ствола автоматов и испуганные лица арийцев. Кваз с ревом бросился на них и упредил огонь автоматчиков. Он свалил их одним ударом, стал рвать своими мощными лапами, и через пару секунд на полу лежали растерзанные тела. Кваз сел на пол и стал медленно дышать, стараясь успокоиться. Пока другие противники думают, что делать, у него появилось время. Он разорвал куртку на одном из арийцев и понял, что тот еще жив. Сжав тело, впился в его шею зубами. Перегрыз глотку и стал пить кровь, хлеставшую из раны. Он перемазался в крови, но не обращал на это внимания. Ему нужно было регенерировать тело. Бок болел, одна из пуль сломала ребро. Нога была прострелена выше колена, задета кость.

Его взгляд блуждал по коридору, по автоматам, которыми он не мог пользоваться, но зато увидел подсумок с гранатами на арийцах. Он снял пояс, разорвав его. Вытащил предохранительные чеки из гранат. Теперь скобы удерживались тканью карманов подсумков. Если бросить связку таких гранат, то можно подорвать соседний дом. Уйти ему не дадут, значит, надо прикончить остальных. Он собрал три подсумка с гранатами, выполз из дома, дополз до угла дома, из которого выбрался, стал на колено и швырнул гранаты в окно дома, где засел противник. Тут же упал на спину, и огненные осы трассеров пролетели мимо. Затем раздался взрыв.

Кваз вскочил и, хромая, преодолевая боль, стремительно бросился к дому. Нырнул в выбитое взрывами окно, приземлился на живот и вскочил. На полу лежали тела еще троих арийцев, двое из них стонали, истекая кровью. Кваз схватил ближайшего раненого арийца и выбежал из дома, а затем побежал на север. Он хотел уйти подальше от этого поселка.

Кваз, из последних сил преодолевая расстояние, брел до наступления темноты. Раны его кровоточили, нога распухла, и силы оставляли его. Он нашел одинокий сарай и с наступлением ночи утолил голод, съев почти треть тела пойманного арийца, после чего лег спать. Сон его был тревожным, он просыпался от любого шороха: то мыши скреблись за стенами, то ворона каркала. Но каждое пробуждение сменялось забытьем.

Утро не принесло ему облегчения. Тонкий слух уловил шум мотора, и понимая, что дальше бежать бесполезно, он затаился, прижался к щели между досками двери и приготовился атаковать. В лапах он держал подсумок с гранатами, снятый с пояса, который лежал рядом с обглоданными ногами.