Книга Когда откроются двери. Эйна возвращается, страница 153 – Арина Остромина

— Вот видишь! Покинуть её нельзя. Значит, если ты туда приедешь, то останешься там. Правильно? – спросил Винкас.

— Нет. Это касается только тех, кого туда отправили решением суда. И у кого нет никакого гражданства. А меня туда не отправляли, и гражданство у меня есть. Я просто хочу воспользоваться правом на перемещение между зонами. То есть правом въехать и правом выехать.

— Хм, интересная мысль… – сказал Тревер. – Пожалуй, если мы выиграем, то можно будет это устроить! Винкас, как ты считаешь? Получится?

— Почему бы и нет! Мы и не с таким справлялись! – улыбнулся Винкас.

После этого Эйна повеселела. Увидеть маму – это мечта, которая казалась невыполнимой. С тех пор как почти три года назад Эйна впервые узнала о Шестой зоне и о том, что туда отправляют людей, которых официально объявляют умершими, она часто думала о своих родителях. Живы ли они? Какими они стали за эти годы? Помнят ли о ней? А в марте, когда Эйна увидела мамино имя в списке жителей Шестой, стало ясно, что мама жива. Но Эйна долго не могла придумать способ с ней увидеться. Ещё одна поездка через Безлюдные земли и поиски подходящего канализационного коллектора – этот вариант Эйна даже не рассматривала, она боялась, что после их с Кортаном бегства охранители могли перекрыть все выходы из города в подземные коридоры.

И вот теперь у Эйны появился шанс!

— Помнишь, мы говорили о подпольном кружке, который Диана создала? – спросил Тревер.

— Конечно! Вы мне тогда предложили написать маме длинное письмо.

— Ну вот, а теперь письмо не понадобится! Сама спросишь Диану. И с Еленой увидишься.

Эйна отвела глаза, улыбнулась своим мыслям, представляя свою будущую поездку. Но вдруг нахмурилась, повернулась к Треверу и с тревогой спросила:

— А если у нас ничего не получится?

Тревер тоже нахмурился и сказал:

— Что ж, тогда будешь писать письма, а мы будем их возить.

Утром Тревер и Винкас заставили Эйну несколько раз отрепетировать своё выступление, задавали ей много неприятных вопросов, на которые она не могла ответить, и у неё окончательно испортилось настроение. «Зря я всё это затеяла, – подумала Эйна. – Кто я такая, чтобы бороться с Комитетом».

Когда Тревер увидел, что она вот-вот заплачет, он позвал кухонную помощницу, отправил её готовить горячее какао для Эйны и сказал:

— Не расстраивайся. Мы просто на всякий случай устроили тебе эту тренировку. Скорее всего, судья вообще не станет задавать тебе вопросы!

После какао со свежими булочками Эйна оживилась, повеселела и поверила, что всё будет хорошо.

Подъехать к зданию суда оказалось непросто. После вчерашнего полупустого зала Эйна не ожидала, что сегодня горожане снова заинтересуются её делом. Однако на улице стояла плотная толпа, и машина Тревера еле ползла. Винкас воскликнул:

— Смотрите! Там охранители дежурят!

Эйна отвернулась от своего окна и увидела впереди мужчин в тёмной форме. Они раздвигали толпу, чтобы освободить дорогу для машин.

— Эйна, ну и переполох ты устроила! – сказал Тревер. – Впервые такое вижу!

В подземном гараже тоже дежурили охранители. Они провели приехавших к служебному лифту, а наверху Тревер предложил не показываться в общем коридоре, а войти в зал через заднюю дверь, рядом со столом для дачи показаний.

Вскоре Судебные Регуляторы расселись по местам, защитники ответчиков тоже. Комитет по проживанию представлял незнакомый регулятор. Дежурные впустили в зал зрителей, сразу стало шумно, но ненадолго. Главный Судья призвал к тишине.