Книга Игры жизни, страница 102 – Илья Те, Степан Мазур

Яичницу нам легко готовить. Вместо сковороды Дема кладёт на траву обоюдоострый топор, Кира разбивает на лезвие птичьи яйца, я направляю на них посох — хлобысь! Пару огненных шаров и готово. А вместо посуды в одноразовый, широкий лист, сорванный тут же в кустах, с лезвия сползает порция белка́. Подкидываешь её, дуешь, пока не остынет, и ешь, тыкая деревянной ложкой-веточкой.

Всем хорошо, только Зёма постоянно говорит, что за нерациональное использование топора нас надо казнить уже трижды.

Я не знаю, добрались ли мы спустя несколько часов до самой гущи долины или дальше, но трава стала гораздо выше головы. И ни тропинки. Словно звери ходят где-то дальше, в самую гущу не заходят. Разве что быки, такие, как на Ведьмочку вчера напал. Но от усталости в ногах на следы не особо засматриваемся. Следопыты из нас так себе.

Это Лоту любопытно носиться среди травы туда-сюда, всё обнюхивать, отмечать. Но что нашёл, не говорит, не показывает. Разве что Греймару Гери расскажет по возвращению, а пока абстрагировался от нас, всё чаще среди людей Лиура носится или вообще исчезает с глаз. Любопытный пёсик.

Приходится раздвигать траву, чтобы увидеть, что дальше. Я сначала беззаботно шла, но когда прямо передо мной змея проползла, шаг невольно замедлился. Все, странным образом оглохнув от моего крика, стали тоже идти осторожно. А змей только прибавлялось! Ползают рядом, уползают от огня посоха. Боятся магии, а людей не боятся вовсе.

Группа людей Лиура только косо посматривать стала. Деме приходится для них сочинять на ходу про усиленную ядовитость ползучих гадов, злых духов, засевших в их телах ну и прочую мистику, до которой так падки недалёкие люди. Сами змеи может и уползают, когда чувствуют топчущего человека, но на сырой земле среди травы их столько, что считаем по вскрикам.

Кричу я, Веда и Тим. Непроизвольно, конечно. Но счёт перевалил за десяток.

Зёма даже подговорил Ведьмочку вызвать её духа, чтобы под другой внешностью тот периодически пугал людей Лиура и тем было не до наших вскриков.

Дементий, как самый выносливый из нашей шестёрки, брёл среди людей и делал вид, что читает охранительные заклятья, бормоча математические формулы и перечисляя таблицу Брадиса. Вызванный Ведой дух, конечно, тут же «пугался» и растворялся среди кустов. Уважение к рыжему среди людей Лиура росло на глазах.

Защитнечег-г-г!

Зёма тоже на ходу сочинял, пуская слух среди мостостроителей, что долина зовётся Долиной Духов и когда-то здесь сошлись на битву первые созданные демиургами существа. Битва, мол, была настолько яростной, что даже победители обратились в змей, не в силах оставаться прежними после пережитого. Потому в змеях и много яда.

К полудню взопрели. Бредём из последних сил. Время разговоров кончилось. Все устали. Кира вовсе давно молчит. Стиснув зубы, вяло передвигает ноги передо мной. Впереди всех по-прежнему Дема с бесконечной дыхалкой. Периодически засылает вперёд разведку, только бы люди не видели наши красные рожи.

Ума не приложу, как можно идти и постоянно о чём-то говорить? Лёгких у него нет, что ли? Если его впереди охотников пустить, то змей будет в три раза меньше — заговорит. Шаман этакий.

Солнце поднялось до горизонта. Бредём уже полдня. Надоели игры с духами, на змей внимания не больше, чем на траву. Лица красные, пот струится по шее. Вот это зарядка! Ног не чувствуем.