Книга Игры жизни, страница 161 – Илья Те, Степан Мазур

Наиболее жалкими среди трёх народов острова выглядят наши селяне. В диверсионной деятельности отмечаться им не получается, толком построить укрепления не успели, а если бы не гномы, воевали бы на развалинах. Ещё и дороги утопают в грязи, дома кое-как стоят, полуразобранные. Урожай едва посажен, ни скота, ни оружия толком, ни достойной одежды. Все в рванье и лохмотьях, перепуганные предстоящей войной. Братья меньшие, одним словом.

О каких знаниях гномы вели речь? Торговля? Смешно!

Эффект сглаживаем лишь мы, как хранители. Эля на драконе, Веда, руководящая синим духом, Зёма, Дема, Тим, активно изображающих лихих солдат и знатоков лучших тактик и стратегий. Полководцы, считай, герои.

Работа всё же идёт дружно. Под руководством гномов, стена стала нарастать на глазах. К сумеркам второго дня после десанта поставили ворота и основные опорные башни.

Работа будет идти и всю ночь при кострах. Но не так страшно работать, пока горят факела дозорной башни на мельнице. Пока там наш заградотряд — всем троим расам спокойнее. Да и ночь — наше время… время шестерых иных.

Серым к башне ещё выйти надо.

Да здравствует охота!

От лица Зёмы.

Это было самое мрачное утро из всех проведённых на острове. Поднимающееся солнце затянуло туманом, мир серый и грузящий. На душе тяжело. Тело за очередную ночь охоты устало, и даже дневная ипостась словно ощущает эту боль усталости.

Мы не спим четвёртые сутки! Наверное, та другая часть своего я, спит, пока другая бодрствует, но время перехода из одной в другую отбрасывает в дремоту. Похоже, организм истощён длительными нагрузками. По крайней мере у тех, кто не меняет своё тело, как вервульф-Дементий.

Ночные стычки вместе с отрядами альвов на группы серокожих большого эффекта не дали. После пущенных палов и змей, серые учли свои ошибки и держались большими отрядами. Не те потери у захватчиков, какие устроили в первую ночь. В следующие ночи нас встречали в штыки. И никаких сил не хватало, чтобы разбивать плотный строй, ощетинившийся копьями, алебардами, мечами, да арбалетными болтами. При любом удобном случае в бок летит стрела, а в глаз арбалетный болт.

Серые… как же мы ненавидим этих потомков людей и демонов!

Что до круга магов серых, так лучше вообще не вспоминать — валяется у ворот обессиленный дракон с обожжённым пузом. Маги ордынцев сильнее, чем мы предполагали.

Стоим вшестером на возведённой стене, что не единый монолит, на который надеялись, а глыбы плохо обтёсанных камней, наскоро залитых цементирующим раствором. Дварфы, конечно, молодцы, научили людей находить и делать цемент, но что эти горняки могли сделать за пару суток?

Сняв заградотряд у мельницы, вернулись смельчаки. К чему он, когда весь враг как на ладони? На расстоянии пяти полетов стрел строится, жжёт наши посевы и пытается с ходу взять пошедшее на понижение плато, забрасывая крюки. Альвы, конечно, не дадут… какое-то время.

Гномы смотрят на Крылатика с недоумением. Он оказывается не крепкая боевая махина в ночи, а живое уставшее животное, воющее теперь так, что поникли не только гномы, но и селяне. Это так странно слушать боль дракона для нас всех.

Неутомимая орда подкатила к стенам городища гораздо раньше, чем ожидали. С самых предрассветных сумерек стучат их топоры: строятся баллисты, катапульты, тараны.