Книга Игры жизни, страница 74 – Илья Те, Степан Мазур

Охотники у переселенцев быстрые. Повара отличные. Чего же так опасался Зёма?

От лица Тима.

Небо хмурилось ещё в пути. В сером лесу уже не так светло и беззаботно. Послали, блин, ходока. Ориентируйся им теперь по местности!

Так, ладно, что мы имеем? Если наш пляж как отрывная точка, на юге, Кира, Дема и Зёма движутся на восток, то я иду на запад. Увы, не по солнцу, а по плато. Хоть такая приблизительная карта в голове. Пригодится. В этом лесу с лесниками не особо. Зато зверья по кустам сколько угодно. Шуршат, пугают. Не по себе как-то.

Мне же делать больше нечего, как гонцом по сумеречному лесу бегать. И вести важные сообщения, вроде: «Товарищи, там вода! Полдня пути не больше. А с охотой здесь проблем нет. Вы же не заметили, правда?»

Бреду как киборг. Ноги стальные и почти не ощущаются. Это не индикатор усталости, это какие-то новые, запредельные ощущения. Как будто никогда в жизни столько не ходил, ни в подземном городе, ни на поверхности. А если бы не сила этих глыб, то ходилка давно бы закончилась. Ещё и не прямая дорога, а постоянные кусты, кочки, поваленные деревья, камни. Прыгаешь, перелазаешь, крадёшься, ползёшь, огибая странный шум. Дрессированный охотничий пёс просто, только нюх отбили. А вот с языком на плечо проблем нет — развивается по ветру.

Лес темнеет и тени удлиняются. Кусты трещат. Кто-то бегает, шныряет туда-сюда. Мало того, что большой и сильный, так ещё и чавканье, хруст, вскрики почти человеческие.

Ужас! Стая оборотней какая-то!

Я и так уже бреду из последних сил. Дыхание сбивается, пот со лба гроздьями виноградин висит. Сейчас самое-то с волками драться или от оленей бегать. Причём бегать среди кустов и плотно стоящих деревьев.

— Ну, нападайте! Кто смелый? А⁈ — кричу, распугивая птиц и мелких грызунов.

В ответ эхо. Отлично. Ещё и шестом в лесу особо не покрутишь. Неудобно. Мне простор нужен, воля! Вот на воле одной и иду. Ничего другого не осталось.

Надо было воды с собой набрать. Только куда? В сумку сразу налить? Бред! Вот почему с сумками фляги не выдали? Тупая симуляция! Чёртов дольмен! Проклятый остров!

Шест нести неудобно. Руки поочерёдно отваливаются. Он цепляется за всё, что может. То одна, то другая рука постоянно занята, а за спину не пристроишь. Некуда. Это у Зёмы ножны с перевязями, у Демы петелька на ремнях, Кире лук в два счёта через плечо, если с тетивой, Веде вообще носить нечего. А таким как мне и Эле чесаться приходится одной рукой. Ну, где справедливость? За сумку же не прицепишь, а если внутрь положить, то, как успею достать, если большой мохнатый монстр из-за куста покажется? Что мне тогда делать? Сказать ему «подожди, друг?». Не думаю, что культурные звери попадутся.

Как посох шест тоже не использовать. Втыкается слишком глубоко острыми лезвиями в землю. Да и на другую сторону не особо обопрёшься — разве что одноразово. Потом ищи эти пальцы на земле в темноте, пришивай у знахарей. А то просто дадут отвара подорожника выпить и скажут смириться.

В желудке урчит громче, чем в кустах. Я не верю, что красные ягоды могут быть ядовитыми! Это чёрные, зелёные там, возможно. Но красные, то за что в ядовитые? Висят вон гроздьями, слюну заставляют выделять, как при слове «лимон». Аппетитные такие, свежие… А-а-а! Не думать о еде. Не надо. Сколько там человек может без еды и питья валяться на каталке, пока его безумный учёный проводами обхаживает? Будь он поумнее, поставил бы нам капельницы. Тогда никакого обезвоживания нет, это всё в моей голове.