Книга Игры жизни, страница 91 – Илья Те, Степан Мазур

— Просто попробуй оружие, — посоветовал я.

Стрела воткнулась рядом с медведем. Мишка припал на все четыре лапы и задумчиво понюхал древко и белое оперение. По его разумению, птица ничем подобным не обладала, которой пахло дупло, а значит, запах из дупла шёл обманчивый.

Нестыковочка!

Немного подумав, косолапый твёрдо решил для себя, что завтрак отменяется и поспешил покинуть территорию. Покачиваясь и обманчиво нелепо переваливаясь, он скрылся в кустах. На прощание не одарил нас и взглядом.

Сказать, что камень упал с души, значит, ничего не сказать. Мы от радости завопили как бешенные. А одетыми всё же обниматься проще, стеснения нет.

— Мы выжили!

— Для начала неплохо.

О ночи вспоминать не принято. Ну, было, грелись. Что такого? Всем хотелось жить.

Не сговариваясь с Кирой, сказали синхронно:

— Дема слезает первым!

Рыжий обиженно вздохнул — мы де против него оппозицией — и принялся сползать по дереву. Кора после ночного дождя, да утрешнего тумана сырая, скользкая. Ноги соскальзывают.

Мы поддерживаем его сверху, он молится, чтобы самодельные ступеньки не слетели и не распороли ступней. Бегай потом по лесу на руках, смеши народ.

Залезать проще, чем слезать. Это то, над чем никогда в жизни не задумываешься, но вдруг ощущаешь, как великую истину, когда так не хочется падать сверху-вниз. Вроде какая-то жалкая неполная пятёрка метров, снизу кажущаяся мелочью, сверху обретает глубину миропонимания.

Каждый из нас, испытав все радости преодоления высоты, трижды попенял на себя за мысль ночевать в дупле, пока ноги не коснулись земли. Задрав голову на пройденный путь, я долго не мог понять, как мы вчера так просто забрались в дупло. Сегодня понадобилось бы «ступенек» десять для верности. Так нет же, где-то подтягивались, где-то цеплялись за ветки, прижимались пузом под наклоном, всё выше и выше карабкаясь вверх и скрываясь от холода.

Может быть, было легко, потому что не мешали доспехи? Почему снова хорошая мысль приходит уже после преодоления препятствия? Определённо, одеваться стоило внизу. Что я за Хомо Сапиенс за такой⁈

Ещё добрую четверть часа доставали топор. Наш варвар вчера не пожалел силы и отлично заточенное лезвие вошло так глубоко, как могло. А смолы за ночь сделали своё дело.

Пока висели по очереди на рукоятке топора с викингом, раскачивая его, Кира молча исчезла в кустах. Вернулась с серым зайцем со стрелой в боку.

«Бедное животное», — обязательно сказал бы я, если бы не урчание в животе, полностью победившее так и не взращенного вегетарианца.

Почему даже в игре хочется есть?

Чувство это было у ребят взаимно. С какой же скоростью мы с Дементием насобирали дров. Голод терзал со вчерашнего вечера. А магазина поблизости не наблюдалось, как и денег.

Что в этом мире в ходу? Золотые? Серебро? Медь? Стеклянные шарики? Колотые деревянные кругляши в спецсоставе? Похоже, переселенцам сейчас важнее натуральный обмен.

Я ударил мечом о клинок, железо высекло искры. К счастью ржавчина за ночь не появилась. Искры упали на сухие листья, которые раскопали на дне кучи прошлогодней листвы. Огонёк побежал по щепкам, которых наскребли у деревьев за сырой корой и впился в мелкие веточки. Но следующие ресурсы для него были сплошь сырыми, и вместе с треском костра повалил густой белый дым, выедающий глаза.