Книга Регенерация, страница 169 – Степан Мазур

Её звали Тоня. Она была маленькой, пухленькой девушкой в медицинском халате вместо Алой Саламандры. Костюм оставила на зарядке. Только так можно было проворно лавировать в довольно узком медбоксе, помогая хирургам на операциях.

— Стоит обеззаразить помещение перед процедурой? — с ходу спросила она, не разобравшись в том, кто прикован к столу. — Нос ему будем пришивать?

— Как вообще делается обеззараживание? — спросил Дементий, мало обращая внимания на то, что лицо пленника кровоточит.

Его больше интересовали клещи на его теле и возможное средство защиты от них.

— Медицинский бокс обладает теми же свойствами, что и антирадиационная комната, но только для бактерий. Здесь стерильная чистота. А вы пришли в грязном костюме без халата, — также с ходу укорила она.

— Нам не нужна операция. Нам нужны ответы. Не надо ничего стерилизовать.

Твоя помощь не понадобится. Можешь идти, — ответил Дементий, больше не обращая на медсестру внимания.

Заприметив на подносе с инструментами старый хирургический скальпель, он взял его в руки и в один момент воткнул пленнику в ногу выше колена.

— А-а-а! — закричал людоед, мгновенно придя в себя.

Тоня вскрикнула от неожиданности и выскочила вон и бокса.

— Почему чистильщики и свободные работают вместе? — глядя ему в глаза, с самым спокойным выражением лица спросил Демон.

Пленный мог называть себя как угодно: чистильщиком, вольным, анархистом, но по мнению вонзившего скальпель был лишь накипью на теле покорёженного мира, потому что ел мясо людей.

Такое в прошлом мире могли себе позволить лишь недоразвитые дикари.

— Может раньше я это знал. Но теперь не знаю, — огорошил прикованного Дементий. — Почему я этого не знаю?

— Ты охренел⁈ — закричал пленник, пытаясь вырваться из оков. Но скобы держали плотно. Переломанная нога вдобавок отдавала болью. — Моя нога! Как мне теперь охотится? Мои ноженьки-и-и.

Он завыл.

— На кого тебе охотится? Теперь ты сам стал дичью, мразь людоедская, — оскалился Демон.

Палач взял прозрачный пакет, щипцы и принялся собирать в пакет клещей с тела чистильщика. Отрывать отожравшиеся тельца получалось вместе с раздувшейся головой. Они были размером как спелая крупная вишня. К тому же лицо, шея, грудь и ноги пленного были в небольших рытвинах. Как на первый взгляд, так их оставляли эти самые мутировавшие клещи, что стали в несколько раз больше, чем их собратья в прошлом.

— Или ты думал, что с трупоедами будут разговаривать как-то иначе? Ты на что вообще надеялся, питаясь человеческим мясом? Это — табу! Люди не едят людей, отморозок.

— Выжить надеялся! — крикнул чистильщик в ответ. — Многие из тех, кого я ел, были уже мертвы!

— Но не все? — приподнял брови Дементий.

— Я не убивал живых!

— Ты лжешь, паскуда. Если бы они были мертвы, они бы с большей вероятностью были облучены. Ты бы сдох следом, как облученец. Но нет, ты убивал людей, не подвергшихся заражению.

— Что ты мелешь? Это чушь!

— Чушь? Антирадиационная камера не выявила заражения на ушах! — Демон сорвал с пленника вязанку, присматриваясь к ушам.

Среди них были совсем маленькие ушки. Детские. Пленник побледнел от изменившегося взгляда Демона. Дементий взвыл и ударил кулаком по отсутствующему носу.

Чистильщик тряхнул головой, кашляя и захлебываясь кровью. Тут же пообещал: