Книга Игры смерти, страница 64 – Илья Те, Степан Мазур

«Чертовщина какая-то», — подумал Зевс и вновь на миг ощутил мигрень. Которая очень быстро поглотилась приятными ощущениями, и осознанием, что всё так и должно быть.

— Да, ладно, Веда, ты все равно хорошая, хоть и костлявая, — попытался разбавить жутковатую атмосферу Зевс, точно понимая лишь одно — его спутница — это единственный союзник в этой странной игре.

Он хотел улыбнуться, но у скелетов не было улыбок. Был ничего не выражающий оскал. А может не было и его. Всё лишь — ощущения. Чувство на грани фарса.

— Это, по-твоему, смешно, да? — фыркнула Ведьмочка и отвернулась, просто не понимая, что он примирительно улыбается.

Если бы кроме костей черепа у неё остались мышцы лица, она обязательно бы поджала губы, а взгляд стал бы похож на взгляд ребенка, затаившего обиду на мудрых родителей. Но никаких «бы» не имелось. О настроении подруги Зевс мог судить только по движениям её рук, положению тела и тембру голоса.

— Кстати, надо бы узнать, как у скелета рождается голос, — повторила его недавний вопрос Веда. — У разработчиков имеется объяснение? Или снова эта таинственная магия, заменяющая лёгкие и голосовые связки?

— Разработчики? Какие ещё разработчики, умник в юбке… без юбки, — усмехнулся Зевс и голова снова заболела. А потом стало так хорошо, что он тут же забыл, о чём только что сказал. — Ладно, давай разбираться, что делать и как пройти этот уровень. Сколько мы уже здесь?

Она пожала плечами, буркнула:

— Всю жизнь?

Он снова посмотрел на неё и не смог удержаться от смеха.

— Чёрт… Никак не могу привыкнуть к тебе без всех этих… выпуклостей и округлостей.

— Ты куда смотришь? Я тебе покажу сейчас все округлости вместе взятые! — разозлилась Ведьмочка.

Она подняла кулак, но тут же устало его опустила, видимо тоже ощутив короткую вспышку боли. Призналась:

— Если честно, кроме вопроса о голосовых связках меня волнует вопрос нашей выносливости. Лёгких нет, мышц нет, устать нельзя, даже нельзя сбить дыхание. Между прочим, я бы тебя обязательно догнала. И вообще — мужики не убегают от дам.

— Чего? Не расслышал.

— Дам, глухомань! — повысила голос Ведьмочка.

— Дашь? Хорошо… Но давай сначала дождёмся тел, — ответил он и замер, дожидаясь реакции.

Веда на секунду застыла, а потом взорвалась:

— Ах ты подлец, на словах меня ловить вздумал! Зёма, набор нулей без единицы! Да я тебя по косточкам разберу!

«Как же неудобно без усмешки», — подумал Зевс, ощущая себя беззаботно, как подросток по возрасту. Плохо был лишь то, что шалость не могли оценить по достоинству из-за отсутствия мимики.

Едва стоило подумать, что мог вести себя по-взрослому, как ка голову вновь надавило, словно сжимая виски в тиски.

Он поднял примирительно руки, оглядываясь.

— Слушай, а ведь конца и края локации не видно, только небольшие холмы на севере. Если, конечно, север там, куда я смотрю. Значит, позади — юг.

Веда пожала плечами. Зевс внимательней рассмотрел окружение, и присвистнул. На равнине среди скелетов росли одинокие сосны. Их хаотическое размещение не могло быть результатом копирования разработчиками одних и тех же деревьев.

Зиновий мог бы поклясться, что видит разные деревья. Но главное, сосны, где бы они не росли, имели одну особенность — ветви их были гуще с одной из сторон. На этой же стороне гуще произрастал мох. Наклон стволов, крепость ветвей, густота иголок и листьев указывали направление на север.