Книга Карлов, страница 40 – Степан Мазур

— Единственная программа взаимодействия с людьми у них — не наехать на человека, — прошептал Невельской, включив свой фонарик.

Едва прикрыли за собой дверь, как помещение без окон полностью погрузилось во мрак.

— Так что этого можно не бояться.

Два луча света в помещении без стекла были путеводными звёздами. Опустевший зал разгрузки товара под шесть крупногабаритных автомобилей пустовал. Фуры и грузовики сейчас уничтожали всё живое на трассе или валялись по кюветам за городом.

Слушая собственные шаги, я с замиранием сердца ожидал появление робота-охранника. На весь широкий четырёхэтажный торговый центр их могло быть до двенадцати штук. По четыре на этаж. Но редко, когда «Путы» работали полным составом. Дело было даже не в экономии владельцев. Просто ремонт, зарядка и получение обновлений на центральном посту всегда выбивали из строя одного-двух роботов на этаж. Так что за безопасностью по сути следили лишь умные камеры.

В теории можно было встретиться лишь с парой охранников. Учитывая то, что обоих охранников мы видели на центральном входе, можно было немного расслабиться, спокойно гуляя по цоколю, а не изображать ниндзя, бегая из угла в угол.

Невельской взял кем-то оставленную тележку у продуктовой кассы и, положив на её дно фонарик, чем создал себе фару, уверенно покатил вдоль стеллажей.

Продуктовые валы казались горами среди мелькающего света, а мы лилипутами среди них. В целях повышения эффективного использования торгового места розничные сети давно увеличили полезную площадь в высоту. Обычные продуктовые стеллажи с рост человека перестали быть модными ещё в начале века, а вскоре выросли до десятков метров в высоту.

Роботы-погрузчики, прикрепленные к стенам строения, катаясь вдоль балок, в обычное время ловко лавировали над головами покупателей. Они быстро доставляли товар на пустующие полки парой-другой лопаток-рук или точными манипуляторами с функциями бережного захвата и удержания даже горошинки, не смяв её. Теперь же эти многорукие помощники замерли, без света не способные подать и банку с горшком, не то, что разложить в строгом порядке товар на уровне глаз потребителя.

Я попытался вспомнить момент, когда роботы заменили всех мерчендайзеров и продавцов на кассах и не смог назвать точной даты. В крупных торговых центрах давно не было живого персонала. Зато были электронные кассы, считающие покупки по штрих-коду под рамкой, и списывающие средства с чипа; робо-уборщики, размером с собаку, тщательно полирующие пол; робо-охранники, реагирующие на нарушения по камерам наблюдения; наземные и потолочные погрузчики, мелкие сортировщики; дроны-камеры учета продукции и, конечно же — персональные помощники.

Они же — катающиеся на колесиках объекты с длинными шеями, способными подстраиваться под рост человека, чтобы лицо-монитор всегда было направлено на уровень глаз покупателя. Эти всегда знали, где лежит морковка, и как пройти в бакалейный отдел. И даже есть ли у них в магазине сода?

Впрочем, соду я покупал лишь однажды, когда заселялся в квартиру, выданную сироте государством после детского дома. Тогда многие вещи пришлось делать впервые и почти постоянно смотреть обучающие ролики на видео-хостингах.

Я учился жить заново, потому что до восемнадцати лет социальной адаптации для меня словно не существовало. Слишком многое за нас делали в детских домах. Например, думали. Но что важнее — не учили думать нас, доверяя программы социализации программам с голосом робота, который и не догадывался, что персональные помощники должны быть гендерно-нейтральными. Мне он больше напоминал прокуренного больного с проблемами дикции.