Онлайн книга «Лут»
|
Манкурт вскинул к плечу оружие. Гаер смотрел, забыв про шпаргалочника Витрувия. Молчал Эдельвейс, арматор слышал в коммуникаторе его дыхание — сдержанное, испуганное, как у ребенка, прячущегося от грозы под кроватью. Затылок взмок от пота. Третий танцевал. Его не учили этому, не говорили что так можно. Он действовал интуитивно. Загнанный в угол, одуревший от боли, отбивался своим естественным оружием. Третий танцевал. Свет то открывал глаза, то скатывался в обморок, и коридор виделся зыбкими полосами, вспышками. Коридор менялся. Стены падали, как высокая скошенная трава, потолок становился полом, манкуртов скрутило и раскидало, точно оловянных солдатиков в коробке. Едва ли они понимали, что происходит. Стреляли, пытались собраться, но проклятый коридор метался, бредил, как человек в лихорадке, а Третий оказывался то близко, то далеко, и не понять было, не разглядеть, как он двигается. Гаер крепко сплел пальцы и смотрел. Моргнул, а Третий за взмах ресниц как в воду канул. Обнаружился уже за несколько коридоров от исходного. Судя по потому, как ошалело таращился и царапал стену, сам не понимал, что произошло. Выход маячил совсем близко, заветным, заслуженным призом. Гаер откинулся на разболтанную спинку стула. Довольно потянулся, забросив жилистые руки в плетях татуировок за голову. — Остановить его? — Не стоит лезть под удар. У него все же, поразительное стремление к свободе. Однако в мороз и с дырой в брюхе он далеко не уберется. Вырубится — и мы возьмем его, холод тормозит регенерацию Третьих процентов на восемьдесят… Последняя дверь выпустила его в снег. Белое месиво поглотило щиколотки, голени, колени. Юга упрямо двинулся вперед, а когда оглянулся (спустя лишь пару трудных шагов) вдалеке тянулась вверх черная спица. Башня, вспомнил он. Башня уходила наверх, а он словно спускался вниз, с каждым шагом. По бедра. По пояс. По грудь. Снега было слишком много, а он был — один. — Иллюзион, — неразборчиво бормотнул Гаер, сжимая зубами мундштук трубки и шарясь по ящикам в поисках спичек. — Простите? — невозмутимый Эдельвейс, казалось, был не слегка оглушен. — Он танцевал Иллюзион, — Гаер нашел спички и теперь старательно надувал щеки, раскуривая табак, — Черную Марку, если не наврал наш проказник-вивисектор Витрувий. Ты вот что. Пройдись-ка по коридорам, собери этих, из отряда…кого найдешь. * * * Сначала услышал рокот — ровно механический. Перемалывающая белый снежистый воздух мясорубка. Шаги и возбужденно перекликающееся разноголосье: — Ох, еба-а-ать… — Сколько раз просил при мне не выражаться. — Неужто живой? Ребята, давайте, есть шанс… — И откуда он здесь только взялся, а? Подозрительно мне это. — Ах, оставьте ваши досужие домыслы, давайте сначала… Вот так, вот так. Хорошо. Его потянули в несколько рук, как куклу из мерзлого короба. Кто-то выругался, грянул басом: — Да это ж сучий Третий, мать вашу! Гаджо, давай я ему мозги прям здесь вышибу?! — Отставить! Эй, парень, слышишь меня? — Побойся Лута, у него добро если не… Люди не были похожи на людей из Башни. По глаза укрытые шарфами молодые лица, объемные шапки. Сдержанное, живое любопытство, ни страха, ни брезгливости. Один из случайных спасителей наклонился ближе. Оказался не старым, с яркими зелеными глазами, твердыми губами и решительным подбородком. Он-то и спрашивал требовательно, моргая выбеленными морозом ресницами: |