Книга Близнецы. Том 1, страница 168 – Дарья Чернышова

Модвин неуверенно кивнул. Лично он ничего такого никогда не умел, но Ютте, конечно, виднее. Окружавшие их курганы укоризненно молчали, слушая завывания ветра. Модвин вздохнул.

— Мне нужна твоя помощь.

— О-о, – протянула Ютта.

— Что?

Она завязала кончики шали в узелок, развернулась по направлению к замку и поманила Модвина за собой.

— Я думала, ты созреешь только через пару дней.

Пока они шли вверх по лестнице сааргетской башни, Ютта изящно обходила разложенные на ступеньках крысиные ловушки, а Модвин вспоминал, как несколько лет назад чума свирепствовала почти у них на пороге – хотя в замке тогда никто не заболел, и даже до окрестных деревень зараза не дотянулась. Она, как гигантская голодная змея, уползла от подножия Гарнаталзбеты на запад и кусала один за другим берстонские города. Ортрун ворчала что-то насчет хаггедцев, Гоздава подсчитывал потери, которые понес в инциденте на пограничной заставе, Освальд пил и пренебрегал женой, Модвин печалился.

Ему всегда было грустно наблюдать болезнь. Сразу вспоминался поросший травой отцовский курган и мамины слезы, горькие и бессильные. Как лечить недуг, который себя не проявляет, если люди до сих пор не придумали, что делать с чумными язвами? Модвин видел их только на картине, но вполне мог представить и подлинный вид, и запах. Ему казалось, чума делает с человеком примерно то же, что огонь.

Освальд говорил, так оно и есть. Когда в Сааргет пришло дежурное письмо с приглашением на открытие памятника ректору Рубену Корсаху, геройски павшему в борьбе с бесплотным врагом, брат неожиданно для всех – и назло Ортрун – велел жене собираться в путь. Он пытался взять с собой и Модвина, но его заслонила широкой грудью Ютта. Освальд пробурчал, что эдак никогда не научиться жизни, и ускакал в старую столицу.

Оттуда они с Сикфарой насовсем привезли вечно отлучавшегося в академию мастера-лекаря Баво – человека, который точно знал, как смердят и выглядят чумные язвы. Если что-то пойдет наперекосяк, его знания – единственная надежда для Сааргета. Эта мысль Модвина крайне встревожила.

Еще больше его встревожила Ютта, с вершины замковой башни смело ткнувшая пальцем в затянутое облаками небо.

— Видишь, плывут две точки?

Модвин сощурился.

— Вижу, – с подозрением протянул он. – Там птицы.

— Не просто птицы, – мягко возразила управляющая. – Этих очаровательных молодых людей зовут Ухер и Стмелик. Они достались мне в наследство от главного казначея.

— Перго Батенс умер?

— Ушел в отставку. Все равно что умер.

— Это очень плохо?

— Довольно неприятно. Напоследок он повздорил со своим преемником, так что казну мне сейчас отсюда не видно. Но это моя беда. Ухер и Стмелик помогут тебе с твоей.

— С какой?.. – пробормотал Модвин и сам себя перебил. – А. Я понял. Что они нашли?

— Вот сейчас приедут и проводят тебя с твоими смельчаками в одно страшно подозрительное место, – произнесла она, понизив голос и выразительно нахмурив брови, словно рассказывала ему жуткую сказку.

Модвин удивился.

— Ты как будто совсем не волнуешься.

— Я волнуюсь в меру, – с улыбкой ответила Ютта. – Во-первых, ты там будешь не один. Во-вторых, ты обученный боец. В-третьих, ты стремишься делать правильные вещи, пока мы с госпожой делаем необходимые. Это редкая возможность. Надо ею пользоваться. Потом, когда ты вынужден будешь стать как мы, воспоминания об этих славных деньках немного тебя утешат.