Книга Близнецы. Том 1, страница 49 – Дарья Чернышова

— Это значит «нет»?

Девочка закивала.

— «Нет, никто не видел» или «нет, не было судорог»?

— Не было, – пискнула батрачка, вдруг обретшая способность к речи. – Кажется.

— Хорошо, – вздохнул Алеш, уже приготовившийся объясняться жестами. – Пока все могут выйти.

Служанки медленно расступились, наконец-то пропустив его к кровати, и гуськом посеменили за порог. Марика полулежала на такой огромной куче подушек различных цветов и размеров, будто ей заботливо принесли вообще все, что смогли найти в замке. Она уже пришла в себя и вперила в Алеша острый взгляд угольно-черных глаз, словно совсем не обрадовалась его появлению. Он сел на край лежака и поставил в ногах сумку. Фабек без команды притаился в углу и приготовился внимать каждому слову. Алеш осторожно обхватил тонкое запястье Марики.

— Как твои дела? Где-нибудь болит?

— Все в порядке, – заверила девушка. Сердце ее стучало ровно. – Мне просто нужно поесть.

— Ты ничего не ела? Уже за полдень.

«А сам-то?»

— Не хотелось.

— Что ты делала, когда тебе стало плохо?

Марика кивнула в сторону коридора.

— Сидела там со всеми. Ждала Нору.

«Дождалась».

— Покажи-ка язык.

Девушка, помявшись, открыла рот.

«Кончик не прикушенный и пока не раздвоенный. Есть время сменить круг общения».

— Раньше такое уже бывало?

— Нет, в первый раз. Я мало спала. Наверное, все из-за этого.

— Хм. А твои кровотечения?

— Должны быть со дня на день, – ответила она, погладив перетянутый широким шнурованным поясом живот, и на середине фразы ее голос слегка осип.

«Так-так».

— Когда ты в последний раз была с мужчиной?

— Я еще девица.

Алеш склонил голову набок и окинул вжавшуюся в подушки Марику внимательным взглядом.

— Тебя принудили?

— Нет! – возмутилась она.

«Что ж, „Любовь в старинном замке“, нерифмованное двустишие».

— Рад слышать. Так когда тебя в последний раз не принудили?

— Не помню. – Марика шмыгнула носом. – На той неделе.

«О, да у нас тут романтическая баллада».

— И часто ты «не помнишь»?

— Мы скоро поженимся.

— Ясно. Рекомендую поторопиться. – «Поэма! Не может быть!» – И расслабь шнуровку. Через несколько недель беспамятства она начнет вредить плоду.

— Но…

«Я бы поставил на два плода, да только ставку никто не примет, потому что мне с этим постоянно везет».

— Ближе к вечеру пришлю за тобой Фабека. – Алеш ткнул большим пальцем в пространство позади себя. – Бросай все и иди с ним. Осмотры будут частыми, я предупрежу госпожу. Если вдруг пойдет кровь или появится резкая боль в животе, не жди, приходи сама. Не сможешь – кричи, пока кто-нибудь за мной не сбегает. Очень мне не нравится твоя худоба. Есть вопросы?

— Я… вы думаете, я в положении?

— Отличный вопрос! – всплеснул руками Алеш. – Вечером удостоверимся. Да, и в баню тебе пока нельзя, мойся в бадье.

— О… да, конечно… спасибо, – протянула Марика, на глазах погружаясь в глубокую задумчивость.

Алеш поднялся, сунул обратно выпавшую из нагромождения у изголовья подушку, взял сумку и жестом показал подмастерью:

— Пойдем.

— Мастер Алеш, – задрав голову, шепнул у порога Фабек, – что значит «принудили»?

«Ну вот. Я знал, на что шел, когда брал в ученики ребенка. Давно ли был разговор о том, откуда берутся дети? Как много вопросов! Почему это так неловко? В чем смысл жизни? Кто, если не я?»