Книга Возвращение повелителя. Книга II, страница 117 – Александр Владыкин

— Ваше сиятельство, — соскакивая с лошади, обратился ко мне граф, который, надо признать, сильно изменился за прошедшее время. Теперь передо мной стоял именно что граф, а не бывший многолетний пленник разных королей, герцогов и рас. — Мы вас заждались. Десять дней тому назад пришло приглашение для графа РуслаРа, его супруги графини Вениры и мага — метра Андра к королю Кинда. Говорят, что он не любит ждать, так что я уже начал опасаться, чтобы он не послал за вами войска.

Король был недоволен и не скрывал этого. Если мы и не выразили ему неуважение, то определенную свою независимость продемонстрировали. Иными словами, мы не помчались сразу сломя голову в столицу Кинда, чтобы предстать «пред его светлы очи», а задержались на нашей базе. На десять дней. Потом еще пять дней добирались до Киндрагена. А если еще учесть, что вызов во дворец нас все те же десять дней дожидался в замке Руслана и Вениры, то получается и вовсе «картина маслом».

Конечно, можно было бы и поторопиться, но мне необходимо было уладить множество дел. Особенно, когда стало понятно, что на этот раз я в Мезинаре задержусь. Вряд ли визит королю удастся нанести, что называется, «одним днем».

Стоим втроем (я, граф РуслаР и его жена графиня Венира) по центру тронного зала, остальные местные аристократы нас сторонятся — знают, что мы вызвали неудовольствие нашего общего сюзерена. Мои спутники чуть впереди — они же титулованные аристократы, я позади них — пусть и маг, но всего-навсего мэтр. Из благородных, но даже не барон. Официально. Пока. К слову, титул барона я собираюсь, поднимаясь вверх по мезинарской социальной лестнице, пропустить. Графа тоже. Меня и так уже все, кто меня знают, герцогом именуют. Вот им и стану. Надо только нынешнего герцога, отдавшего свои владения вокруг Строумхудра на откуп купчишкам, сковырнуть.

В общем, сидит этот сморчок на троне, насупившись, и смотрит на нас, как ему представляется, «тяжелым, королевским» взглядом. Мы с Давлеевым согнулись в полупоклонах, он чуть меньше, я — чуть больше (идти на обострение отношений пока не стоит, хотя и очень хочется — почему, поясню чуть позже), а Венира присела в реверансе. Вот ей тяжело так стоять, нам-то с капитаном наши позы никакого неудобства, кроме психологического для меня, не доставляют. Вот, козел, однако! Еще когда глашатай объявил о его входе в зал, я сразу, еще не видя этого персонажа, почувствовал к нему неприязнь. А теперь вынужден кланяться.

— Его величество Гондонгвиларг-Сильный! — громко провозгласил этот попугай. — Приветствуйте вашего сюзерена!

Как-как? Гондонгвиларг-Сильный? Вот этот вот, обиженный природой заморыш? А какое количество букв в имя он себе внес? Кем он себя возомнил? Императором Мезинары? Да у меня в моей прошлой жизни в имени меньше букв было на одну! А как его имечко-то звучит? «Гондон»-Сильный! Лучше бы добавил уж «прочный» или «особо тонкий». Впрочем, с точки зрения мезинарского языка никаких полуприличных аналогий в его имени нет. Это для русского уха оно звучит не очень. Я заметил, что Руслан, услышав представление короля, едва смог сдержать улыбку.

Наконец, сполна насладившись своей «властью», «Сильный» разлепил сурово сжатые тонкие губы и неожиданно высоким даже для такого тщедушного тела голосом произнес: