Книга В теле пацана, страница 97 – Игорь Павлов

Обнимает за талию, целует в обе щёки, не прекращая, как полоумная! Перестала только, когда с десятого раза услышала мой жалобный вопль:

— Лина, стой же!

— Ой, что такое? – Стала озираться, вероятно, опасаясь, что кто-то идёт.

— Мне пора, иначе ничего не успею, – заявил жёстко, насколько это вообще возможно с моим писклявым голосом. Главное взгляд соблюсти строгий. И воздержаться от демонстративного вытирания своих мокрых щёк.

Лина состроила недовольство, нахмурив свой конопатый нос. Но снова не полезла. Кивнула неуверенно.

— Ты самая лучшая! – воскликнул, чтобы её приободрить. И даже чмокнул в румяную щёчку. Лина сразу расцвела и засияла. А заодно стремительно полетела выполнять мою просьбу на крыльях любви.

Домой вернулся с двумя профессионалками своего дела. Линеллу ко мне не пустили, сетуя на комендантский час. И я этому рад.

К мастерам прилагались ещё несколько стражников, что помогли дотащить в корзинах их инструменты и расходные материалы. Несмотря на ночной режим, по дворцу народу бегает, как днём. Все продолжают стоять на ушах.

Первым делом накинулся озадачивать сорокалетнюю худощавую портниху с очень длинными пальцами. Долго думал в течение вечера в гостях по поводу шмоток и, поняв, что ничего купить не выйдет нового, здесь нет торговых центров… решил сварганить из того, что есть.

Изучив, что висит в шкафу, выбрал несколько приглянувшихся вариантов. Но, как назло, у каждого костюма свои недостатки, которые могла исправить лишь портниха.

— Вот смотрите, – обращаюсь к мастеру, обозначая фронт работы. – Начну с главной проблемы: все мои штаны обтягивают ноги, как трико. Но есть двое штанов большого размера, которые по ширине меня устраивают. Вот эти бы подшить снизу под меня.

— Это не сложно, – улыбается портниха, глядя на меня сверху вниз с лёгкой ироничной улыбкой. – Следует сперва померить.

— Подождите, ещё рубашка. Вот эта самая шикарная, но она висит на мне, как на вешалке. Её бы ушить, приталить, сможете?

— Это легко, господин, но предстоит померить.

— И это ещё не всё, – вздохнул и вынул два кителя или камзола, или как там их, короче пиджака. – Оба мне нравятся, но. У этого хороший воротник, который можно переделать под стоечку, а у этого лучше ткань, богаче смотрится. В общем, реально ли перешить воротник от одного к другому?

Портниха осмотрела оба костюма со своей профессиональной точки зрения. Почесала затылок и выдала:

— Господин, начертите, что вам надо, я не совсем поняла.

Явил бумагу с карандашом, отвернувшись, чтобы не пугать. Сел за стол, принялся чертить. И о, хрень собачья, такие каракули! Этой тощей, никак не приспособленной ручонкой ничего толком не изобразить.

Надо отдать должное портнихе, она сидела с серьёзным видом до самого конца.

Поняв, что это провал, я поднялся. И меня вдруг осенило. Выскочив на лоджию, я попытался явить в любом виде изображение Элвиса Пресли, образ которого и решил перенять, насколько это возможно. Три журнала упало мне в руки и один постер в течение минуты. На всех одна и та же фотография, где Элвис на концерте в стильном белом костюме, сверкающим синими стразами. Как раз такой воротник мне и нужен.

Портниха какое-то время боролась со смятением, увидев журналы с фотками. А затем взялась за голову. Пока она соображала, перешёл к парикмахерше, которая уже заскучала, разложив свои атрибуты у меня на покрывале.