Книга Дурная кровь, страница 57 – Андрей Никонов

Сканером он считал браслет, коммы Павла и Волковой, выдал им наклейки на одежду, забрал пакеты с оружием и махнул рукой в сторону дверей. Офисное здание пустовало, в субботу работала только одна компания на шестом этаже, но и та взяла выходной по случаю поминальных мероприятий. Веласкес прошёл мимо лифтов и начал подниматься по лестнице.

— Лифты работают, – Настя едва за ним успевала, одновременно пытаясь слизать гуакамоле с подбородка. – Эй, мелкий…

— Ещё триста реалов хочешь заплатить?

— Твою мать! Да, прыщавый гондон, я тебе сейчас ноги переломаю сразу на полторы тысячи, если не скажешь, куда идём.

— Это потянет на три с половиной, полторы стоит ушиб. Мы уже почти на месте.

Павел вышел в коридор девятого этажа, возле офиса, где работал убийца, остановился, приложил ладонь к замку. Поморщился – с замком явно поработали, и с наскоку, без тревожного сигнала, открыть его не удалось.

— Ладно, этим займёмся позже.

И направился к пожарной лестнице. На взгляд Насти, в замке не было ничего сложного, она поднесла сканер, считала коды доступа – всего-то надо было послать правильный запрос в охранную компанию, чтобы дверь разблокировалась. Будь она действующим офицером полиции, так бы и сделала.

— Нет, я не буду просить об этом Энрике, – Веласкес остановился возле двери на крышу, сделал приглашающий жест. – Только после вас, сеньорита.

Волкова фыркнула. Этот мелкий придурок хотел полюбоваться снизу на её зад, обтянутый узкими шортами, и на голые ляжки, пусть, от неё не убудет, а он на своих слюнях поскользнётся. Но парень почему-то за ней не полез, а остался стоять, глядя на взбирающуюся по крутой лестнице девушку.

— Ну что, всё рассмотрел? – Настя преодолела крутой пролёт, швырнула пустую бутылку в мусорную корзину.

— Да, спускайся.

— Зачем.

— Да иди же сюда. Смотри, сейчас я буду подниматься.

И наглый маг полез наверх. Смотреть там было, по мнению Насти, нечего, но Павел, когда добрался до площадки, обернулся и требовательно посмотрел на детектива.

— Что?

— Я получил материалы дела, – пояснил Веласкес. – В этом Бауме было сто восемь килограммов, и на фото он смотрится рыхлым, значит, очень давно не тренировался. Минута прошла, как ты поднялась и спустилась, уверен, у тебя сейчас пульс под девяносто и быстро снижается. А у него должен был подскочить до ста пятидесяти как минимум, и потом минут пять-шесть ещё оставаться высоким.

Он вылез на чердак, прошёл до огороженного оранжевыми лентами участка.

— Ну и что?

— Когда стреляешь в такт-очках, прицел подстраивается под силу ветра, угол к цели, считывает параметры тела, перчатка сама нажимает на спуск между ударами сердца, за это время нужно переместить ствол и совместить метку с целеуказателем, остальное перчатка доделает за тебя, но если пульс слишком высокий, то можно промахнуться. У Баума сердце колотилось будь здоров, он ещё и лёг, а значит, грудная клетка его чуть ли не подбрасывала вверх. А стрелял он так, словно пульс был примерно сорок или пятьдесят.

— Может, он полежал и успокоился?

— Может быть, – Павел прилёг на место стрелка, погладил рукой пол слева от себя. – Есть лекарства, которые сразу замедляют пульс, в крови Баума ничего не нашли. Между записью камер, которая его засекла у лестницы, и выстрелами прошло всего две с половиной минуты. Сначала он лежал чуть левее, отверстие сделал слишком высоко, потом переместился сюда.