Книга Раскол, страница 138 – Рита Хоффман

— Хэль!

Демон смотрел на него в упор. Раненый, брошенный, отлученный от возлюбленной много веков назад, он все еще страдал. Но Латиш не жалел его. Он никогда не жалел существ, порожденных Фатой. Если бы не страх перед тем, что разумные демоны все же обнаружат Раухтопаз и найдут способ с его помощью отправить кого-то в Упорядоченное, он бы не стал вытаскивать из проклятого мира саркофаг с заточенным в нем Халахэлем.

— Твое племя разоряло мой мир, – прохрипел он, даже не пытаясь вырваться. – Если бы понадобилось, я бы поступил так снова.

Когти вонзились в кожу, кровь потекла по шее и груди. Боли Латиш не чувствовал – шипя, раны быстро затягивались, обжигая пальцы Халахэля. Но тот не дрогнул, даже увидев поднимающийся от них пар.

— Отпусти его!

Ромэйн дернула демона за запястье, и тот подчинился ей, но прежде чем ослабить хватку, еще раз вонзил когти в плоть Латиша.

— Я думал, что ты умнее. – Зверомаг не сумел скрыть разочарование. – Тет хотела силу, а не тебя, почему ты никак не поймешь? Знаешь, почему она позволила мне подойти так близко? Потому что ощутила мою мощь. Она говорила со мной, Халахэль. Мы провели много дней в беседах. Ты был всего лишь забавной игрушкой, которая скрашивала ее унылое существование в Фате. Ей нравилось видеть, как кривились морды генералов, когда ты поднимался все выше в демонической иерархии. Она создала тебя, чтобы насолить им. Вот и все.

Лицо демона исказила ярость. Если бы не Ромэйн, вставшая между ними, Халахэль наверняка попытался бы убить Латиша. Снова.

Латиш не боялся – смотрел прямо в потемневшие от гнева глаза и не отводил взгляд. Он был уверен, что демонам чужды человеческие переживания, но, похоже, ошибался. Халахэль терял всякое самообладание, когда речь шла о Тет. Неужели он действительно чувствовал что-то к этой безумной демонице?..

— Смирись и отпусти. Даже если ты любил ее, она была недостойна этого.

С невероятной скоростью Халахэль переместился к двери, едва не сорвал ее с петель и исчез в полумраке узкого коридора.

— Тебе не следовало рассказывать ему об этом. – Ромэйн покачала головой.

— Тебя это огорчает? То, что он видит в тебе ее? – Латиш протянул руку и коснулся пальцами ее коротких волос.

— Нет.

— Я думал, человеческое сердце не устояло перед демоническим обаянием.

— Он может видеть во мне кого угодно до тех пор, пока мне нужна его помощь.

Сталь, прозвучавшая в ее голосе, удивила Латиша.

— Так ты используешь его привязанность?..

— Разве не разумнее сделать его другом, чем наживать врага? Мы не можем потерять часть ключа. Только не сейчас.

В темных глазах не отражалось ничего – ни жалости, ни сожалений. Дочь Наполненных Чаш сумела удивить Латиша: он даже не подозревал, что ее сердце может быть таким жестоким.

— Сущность отравляет тебя, – осторожно сказал он. – Я могу это исправить.

— Отравляет? – Ромэйн усмехнулась. – Ты действительно думаешь, что я могла поставить чувства выше, чем необходимость защитить моих людей и мой дом? К тому же Хэль постоянно напоминает мне, что он демон. А я не так глупа, чтобы мечтать о союзе с существом, порожденным морем тел.

«У птички стальные косточки», – с восхищением подумал Латиш, а вслух сказал:

— Я все же хочу усмирить сущность Мориона. Почувствовав Мормо, Тет может попытаться захватить контроль над твоим телом.