Книга Красное бедствие, страница 65 – Рита Хоффман

— Да кому ты нужен? – возмутился Ливр.

— Кто-то собирается передо мной извиниться? – Барниш отряхнулся и уселся на место.

— Сперва ты, – предложила Фэй.

— Да будьте вы трижды прокляты, – проворчал Барниш. – Прости, что назвал тебя узкоглазым. Мы теперь в одной упряжке, надо держаться вместе.

— И ты тоже прости, – безразлично сказал Рин.

— Вот и помирились! – Ливр потер большие ладони.

— Так что там с побегом? – шепотом спросил незнакомец. – Меня Латишем кличут, а вас?

— Ливр, Барниш, Тайра, Рози и Рин, – ответил Ливр. – Но еще один человек нам ни к чему.

— Тогда я вас сдам, – фыркнул Латиш.

— И что ты скажешь? Что пленники хотят сбежать? Открою тебе секрет: сбежать отсюда сейчас планируют все, каждый человек, которого ты видишь вокруг. Вопрос в том, всем ли это удастся, – отмахнулся Ливр.

— Вам точно удастся, – заявил Латиш, – если я буду с вами.

— Ты, крыса усатая, – не выдержал Барниш, – какого хрена ты к нам привязался?

— Сам ты крыса, – огрызнулся мужчина, – а я на свободе жить хочу, понятно? Со своей семьей.

— Где они? – смягчившись, спросил Ливр.

— Семья-то моя? В Городе Красных Крыш.

— Думаешь, они выжили?

— Если с ними что-то случилось, я перегрызу императору горло, – прошипел Латиш и сжал кулаки. – Еще вопросы будут?

— Пусть остается с нами, – сказала Фэй. – Еще одни руки не помешают.

— Если он проболтается… – начал было Барниш, но Фэй перебила его:

— Проболтаться может любой из нас. Думаешь, я тебе доверяю? Или твоему другу?

— Да и мы вам не очень, – признался Ливр.

— Тогда и говорить не о чем. Пусть Латиш будет с нами.

— А ты мудрая, – со знанием дела сказал Латиш, набивая рот хлебом. – Сразу видишь, от кого может быть толк.

— Не заставляй меня пожалеть об этом. – Фэй хмуро посмотрела на него. – На вид ты та еще змея.

— О, знала бы ты, как близко подобралась к моей сути, – загадочно ухмыльнулся Латиш и недвусмысленно поиграл бровями.

— Какой же ты мерзкий, – пробормотала Фэй, возвращаясь к еде.

Вскоре их загнали в барак и выдали каждому по тонкому дырявому одеялу. Ромэйн и Фэй улеглись в углу, спинами к стене, чтобы никто не смог напасть сзади.

Ромэйн долго ворочалась, затем повернулась к Фэй и тихо спросила:

— Ты им доверяешь?

— Нет, – не открывая глаз, ответила Фэй, – но нам нужны союзники.

— Какой у нас план?

— Проследить за солдатами, узнать, когда они сменяют друг друга на постах. Постараться понять, как часто делают обходы ночью. Сбежать.

— Мы поедем в Воющий Дом?

— Надеюсь, он не падет к тому времени.

Ромэйн укуталась в одеяло и прислушалась. Где-то рядом шептались люди, возможно, они тоже планировали побег. Ливр был прав – сбежать отсюда хотели все. Но кому-то придется остаться здесь надолго, возможно до самой смерти.

Почти все пленные – люди ее отца, ее люди. Они не заслуживали смерти в тоннелях, не заслуживали избиений и насмешек от солдат.

«Доберусь до Лаверна и заставлю его рыть землю руками. Заставлю на себе испытать все, на что он обрек моих людей».

Ромэйн то и дело вздрагивала, пытаясь стряхнуть с себя невидимых в темноте насекомых. Рядом кто-то храпел, а из дальнего угла барака доносились всхлипы. Она уснула лишь много часов спустя, чтобы вскоре быть разбуженной пронзительными криками и звоном колокола.

Начинался первый день, который она должна была провести в роли пленницы Лаверна, обреченной вечно рыть тоннели в поисках Трое знают чего.