Книга Красное бедствие, страница 92 – Рита Хоффман

Савьер смерил жрицу хмурым взглядом и тоже отвернулся к окну.

Однако, повинуясь влиянию небесных светил или еще Трое знают чему, Хести вскоре надоело бездумно таращиться на проносящийся за окном пейзаж, и она повернулась к Савьеру.

— Ну, калека, раз уж мы должны вместе отправиться в ссылку, ты можешь мне что-нибудь рассказать.

— Звучит так, будто ты делаешь мне одолжение, позволяя говорить с тобой, – фыркнул Савьер.

— Так и есть. Но я готова выслушать какую-нибудь человеческую байку, чтобы скрасить эту унылую во всех отношениях поездку. Только сделай над собой усилие и попытайся обойтись без банальностей: я и так знаю, что людская история – сплошные войны и междоусобные разбирательства, свадьбы и похороны. Больше в ваших глупых книгах ни о чем не пишут.

— Ты читала наши книги?

— Кое-какие, – подтвердила Хести, проводя ладонью по струящейся ткани мантии.

— Значит, выбирала совсем не те, в которых…

— Ну так расскажи мне! – потребовала она. – Как твой народ относится к миру, в котором живет? Какие легенды матери рассказывают детям?

Савьер горько сказал:

— Я бы все отдал, чтобы узнать об этом.

Хести пристыженно замялась, что было совсем на нее не похоже. Впрочем, через несколько мгновений она снова спросила:

— Так ты расскажешь что-то или будешь упиваться своим горем?

Она просто невыносима.

— В преданиях и легендах люди называют наш мир Синей Жемчужиной, – нехотя начал Савьер. – Она медленно летит сквозь Вековую Тьму, а вокруг нее вращаются солнце и одна из сохранившихся лун.

— Я знаю об этом. – Хести нетерпеливо махнула рукой. – Прежде лун было три, и две из них полюбили друг друга, но, сблизившись, не справились с притяжением и столкнулись. Разбитые небесные тела рухнули на поверхность Синей Жемчужины, покрытую водой, и из осколков появились материки, а из пыли – звезды. Что-то похожее рассказывают и нашим детям.

— Выходит, кое в чем наши народы похожи, – дружелюбно заключил Савьер.

— Просто вы украли даже наши легенды, – надменно бросила Хести. – До того как нуады сошли с гор, люди были просто сборищем никчемных мясных комочков, у которых не было ни истории, ни преданий. А ваши лекари? Они переняли у нас все! Только благодаря знаниям лунного народа вы живете и здравствуете, а не умираете из-за любой болезни.

— Это неправда! – возмутился Савьер.

— Да вы даже писать не умели!

Крыть было нечем – письменность людям действительно досталась от лунного народа. Со временем она сильно изменилась, но этот факт подтверждали книги.

— А что насчет появления нуад? – спросил Савьер.

Хести хмыкнула.

— Мы считаем, что нас сотворила Черная Мать, соблазнившая одного из Трех.

— Не может быть! – возмутился Савьер. – Богохульство!

— Сам спросил. – Хести пожала плечами.

— И кого? Кого она соблазнила, по-вашему?

— Мастера. Черная Мать рожала в муках и сумела разрешиться только к ночи. Свет луны посеребрил кожу ее детей – так появился лунный народ. Для их детей Мастер возвел Упорядоченное, но Мать, ваше третье божество, позавидовала нуадам и хитростью заставила Мастера заняться с ней любовью, чтобы понести. Она родила утром – ее розовощекие дети стали первыми людьми. Спор двух матерей разрешил Жнец – он стал силой, уравнивающей отпрысков обеих. Смерть – сила, которая делает всех равными. Неважно, из какого ты народа, однажды Жнец придет за тобой и пожнет твою жизнь.