Книга Время сбросить маски, страница 81 – Лан Ань Ни

Он продолжил мирно спать, даже не почувствовав, как девушка дотронулась до него. Его дыхание было тихим, а лицо – осунувшимся и печальным. Что Сун Жулань видел во сне, что его так огорчило? Хэ Ланфэн не сводила с него глаз. Ей нравилось наблюдать за ним! И в то же время ей было очень тоскливо… Откуда эти странные чувства?

«Интересно, что Ли Мэй имела в виду, когда говорила, что нужно быть решительнее? Что следует делать? Нужно у нее спросить!» – подумала девушка.

* * *

Когда Ли Мэй в поисках подруги заглянула в шатер, то тут же замерла на входе, от удивления округлив глаза. Она никогда не видела на лице Хэ Ланфэн столь нежного выражения. Когда она смотрела на Сун Жуланя и ласково улыбалась, то, казалось, вся светилась изнутри.

— Ого! – непроизвольно вырвалось у Ли Мэй. Сун Жулань пошевелился, а Хэ Ланфэн зашикала на нее.

— Не буди! Ему нужно поспать!

— Хорошо, хорошо…

* * *

Когда спустя некоторое время Чжао Вэйнин заглянул в шатер Сун Жуланя, то обнаружил, что все его друзья спят как убитые. Голова Сун Жуланя покоилась на плече Хэ Ланфэн, а та почти соприкоснулась лбом с Ли Мэй. На их лицах застыло выражение совершеннейшего умиротворения.

Чжао Вэйнин выпустил кровавую ленту и растолкал ею огни духов, круживших над головами друзей и дававших слишком яркий свет. Огни поднялись высоко-высоко, и юноша довольно улыбнулся.

— Спите спокойно, а я присмотрю за вами. Вам никто и ничто не помешают.

Чжао Вэйнин и в самом деле устроился неподалеку от шатра. Лежать на земле было холодно, поэтому он сидел, закутавшись в плащ и обняв колени.

На сине-сиреневом небе зажглись звезды. На зачарованной стене, совсем близко, горели яркие огни. В лагере было уже тихо. Так тихо! Было холодно, но Чжао Вэйнин не ощущал ни дуновения ветра. Чу́дное место!

Внезапно, вспомнив кое о чем важном, юноша засунул руку во внутренний карман одеяния и вытащил подвеску идеально круглой формы. После того, как он едва не погиб, пытаясь остановить тучу огненных стрел, ее гладкая, почти прозрачная поверхность потускнела. Меж бровей Чжао Вэйнина пролегла тревожная складка. Подвеска – самая ценная его вещь! Она была с ним столько, сколько он себя помнил. Прежде юноша носил ее не снимая. Чжао Вэйнин несколько раз с усилием протер поверхность подвески рукавом, но ничего не изменилось. Странно! Молодой человек поежился. Ему стало еще холоднее и тревожнее.

Внезапно вокруг Чжао Вэйнина расцвели огненные цветы. Потрясенный, он замер в кольце огня, а в его глазах отразилось алое пламя.

Первым, что Сян Юань-да увидел, пробудившись, были два больших веера, зависших над головой. С каждым их взмахом тело демона в алых одеждах наполнялось теплом. Огонь его души обжигал, а не согревал, и от его кожи всегда исходил жар. Но если Сян Юань-да ослабевал, его тело остывало, словно у мертвеца. Он провел десятилетие в ледяной пещере, и с тех пор нестерпимый холод скрывался в его костях, ожидая возможности причинить вред.

Сян Юань-да ощущал боль и слабость, даже пошевелиться было непросто. Неужели яд оказался таким опасным? Или это снадобье Чжао Гун-мина напрочь лишило его сил? Вот ведь проклятие! Как долго он спал? Если бы что-то случилось в Запредельном краю, он бы почувствовал, верно? И все равно… его сердце было полно тревоги.