Книга Красная маска, синяя маска, страница 222 – Лан Ань Ни

За десять дней и десять ночей окрестности Дэнфэна выгорели дотла, были разрушены горы, замерзли и разбились вдребезги воды реки, исчезли прекрасные сады, не осталось ни травинки, ни деревца, лишь серая пыль. Сгорели тела небесных солдат, а их покалеченные души стали заложниками этого проклятого места. Хранитель Цинлун успел сбежать, но и его прочную чешую опалил огонь очищения. Командующий бросил свою армию, потом все же вернулся с подкреплением, но все, кто пытался пробить огненный щит, накрывший пустошь Дэнфэна, умерли в муках. От города остались одни руины, лишь тройные стены уцелели. Они простоят, обугленные, много-много лет. В последующем все, кто имел несчастье оказаться в месте абсолютной инь, находили свою смерть и обращались чудовищами, прикованными к пустоши Дэнфэна. Никто не мог отворить запечатанные ворота города.

В Дэнфэне Чжан Юань-бо похоронил целую армию. И себя самого. Подумать только! Он прожил так долго, но столько всего не успел сделать. Когда-то он думал, что однажды сможет оставить свой пост и путешествовать по трем мирам. Он получит хоть немного свободы, покоя и счастья. Быть может, Чжу’эр пожелала бы пойти с ним. А Чжоу Синьчжэ, старый соратник, наконец, смог бы отдохнуть от забот. Если бы… Если бы… Но нет, демону в лазурных одеждах достались лишь позор поражения, чувство вины и мучительная смерть. Почему же многие так жаждут власти? Эта жажда погубила братьев Чжан Юань-бо, навсегда изменила некогда чистое сердце Небесного императора и лишила стольких несчастных жизни. Власть – ужасающая несвобода! А еще за нее предстояло так дорого заплатить! Чжан Юань-бо стольких подвел и стольких должен был защитить. Ему не пережить десятую ночь. Его душа исчезнет. Что же ждет его? Пустота? Вечный покой? Не так уж и плохо…

Уже просыпаясь, Сун Жулань кривился от боли, ощущая, как тело и душу пожирает собственный огонь. Его глаза более ничего не видели, но он слышал горький плач, от которого на части разрывалось сердце.

— Господин! Мой господин! – звали его. – Не покидайте меня, господин! Я не смогла ни переубедить вас, ни уберечь! Не смогла это предотвратить! Я бесполезна!

— Не говори так! В случившемся нет твоей вины. Сколько слез! Целая гора жемчужин, – проговорил он устало. Его ледяные губы еле-еле шевелились. – Быть может, ее хватит, чтобы восстановить Дэнфэн? Только не плачь! Я всегда такой беспомощный перед твоим горем, не знаю, что сказать. Никогда не забывай, что никто в трех мирах не стоит твоих слез!

— Мой господин, пожалуйста, не покидайте меня!

— Иного пути нет. И тебе придется уйти. Более ты здесь находиться не можешь. Уходи, пока это место еще готово отпустить тебя. Уходи!

— Как же я вас оставлю, мой господин? Как же я вас оставлю?!

Сун Жулань проснулся, и яркий солнечный свет больно ударил по глазам. Стоило только принцу открыть их, как тяжелый красный плащ, укутавший его с головы до ног, обратился горсткой пепла. Юноша схватился за голову. Он все еще испытывал чудовищную боль, но болело не его тело, болело сердце. Мысленно он так и остался во сне, никак не мог вернуться. Сун Жулань чувствовал себя совсем иначе… Он остался собой или уже нет? Казалось, вся его смертная жизнь была лишь сном, она пригрезилась демону в лазурных одеждах, когда он уснул в свою последнюю ночь в Дэнфэне. Нет же! Он не уснул… Тогда он умер. Просто теперь Сун Жулань вернулся к началу пути. Нужно прийти в себя! Он должен поторопиться и снять печать!